Гибель этого некогда прекрасного города, непохожего ни на один другой в Долинах, отозвалась в душе Джека глубокой скорбью. Посмотрев на Мэри, он увидел, что по ее щекам текут слезы. Единственным утешением было то, что после всех скитаний и приключений они наконец-то вернулись к Чистому морю. Глядя на искрящуюся под солнцем синеву, Джек поймал себя на мысли, что уже и не чаял увидеть ее снова.

— Города больше нет, Джек! Дези погиб!

Джек промолчал.

Глава 23

Дези

1

Там, позади Джека и Мэри, прямо посреди Парада, что-то двигалось. Не автомобиль и не повозка, а разновидность рикши, известная здесь как тете-букка. Богачи порой нанимали такие штуки вместо такси. Сугубо городской транспорт, который таскали ослики или карликовые мулы; чаще всего на них ездили за покупками в Нижний город. Но эту повозку вместо мулов перли на себе люди, а под навесом от солнца восседал человек. Огромная туша, которая при каждом толчке и подскоке колыхалась и заваливалась из стороны в сторону. Джек остановил «Бинни» и выбрался наружу. Мэри и Ричард вылезли со своей стороны и подошли к нему, встав прямо перед коротким, покатым носом Миссис Т. Мэри прикрыла глаза ладонью от солнца. Ушастик-путаник в точности повторил ее жест, приставив лапу к лбу.

— Эту дуру тащат Джордж и Волчок, — сказал Джек.

— Мне отсюда плохо видно. Ты уверен?

— На все сто. А в самой букке сидит наш многоуважаемый губернатор. — Он запнулся. — Ну, или то, что от него осталось.

2

Прежде чем встретить тете-букку, Джек и Мэри наткнулись на место недавнего побоища. Повсюду валялись брошенные машины, как уцелевшие, так и перевернутые вверх тормашками. Некоторые были оснащены орудиями, а вдоль дороги и по обоим кюветам валялось больше шестидесяти трупов. Кое-кто из них был из красноголовых, другие — из защитников: городские, рабочие с ранчо и рудокопы, все еще одетые в свои синие шахтерские комбинезоны. Трава вокруг выгорела до угольной черноты. Джек невольно подумал о Вьетнаме и напалме.

— Я ведь знаю некоторых, — тихо произнесла Мэри. — Ногги Данн, разносил заказы в таверне «Яркая Звезда»… Джемми Скеггс, он всегда подкидывал нам с Пэйем рыбку-другую, если у него оставались излишки улова… вон тот старик, что обычно выкрикивал городские новости…

— Хеш Мартен, — подсказал Джек. У старого хрыча не хватало одной руки. Он умер, оскалив в небо свои немногочисленные уцелевшие зубы.

Еще он узнал Минни Уошема, главного механика Янгблада и мастера на все руки, но признал его исключительно по длинным светлым волосам, которые тот всегда собирал в конский хвост и перевязывал розовой лентой-даши в память о матери. Нижняя часть его лица прекратилась в мелкое крошево. Джек не думал, что Минни прикончили красноголовые. Возле его вытянутой руки валялся развороченный скорострел — судя по всему, пушка попросту рванула у него в руках, убив механика осколками ствола.

Мэри монотонно перечисляла:

— Вижу рыбаков и городских… вот плотник по фамилии Хорган… это Рафф Йорн, водопроводчик… а вон там паренек знакомый, имя вылетело из головы. Он развозил товары по Верхнему городу на велосипеде с огромным передним колесом…

— Джори Галгал. Вроде бы он. — Джори пробило шею бах-болтом насквозь.

— Славный был мальчуган, — проговорила Мэри почти будничным, разговорным тоном. Но весь пережитый шок застыл мертвенной бледностью на ее лице. — Во имя Гана, что же здесь стряслось?

Что здесь стряслось, было очевидно, но Джек лишь указал на приближающуюся к ним тете-букку:

— Сейчас у них и спросим.

3

Когда «Бинни Динг» подкатил ближе, Джек и Мэри увидели, что Волчок вроде бы не ранен, но изможден до предела. У Джорджа Элгина, счетовода и казначея Эдварда Янгблада, одна голень обмотана окровавленным бинтом. Его роговые очки криво сидят на переносице, причем одно стекло треснуло. При обычных обстоятельствах мысль о том, что такие доходяги тащат на себе тушу Янгблада, показалась бы нелепой.

Губернатор, хоть и оставался крупным, на грани ожирения мужчиной, явно уже засиделся на этом свете и готовился уйти в иной. Бо́льшая часть одежды на нем сгорела. Из двух глаз уцелел лишь один, и Джека вновь посетило жуткое воспоминание о Пэе Орвилле после смертельной стычки на станции. Волосы на голове Большого Кахуны выгорели под корень. Весь череп покрылся кровяными волдырями. Левая половина лица оплыла, точно сальная свеча. Щека, которая когда-то находилась на этой стороне, теперь висела на его жирной шее обугленным комком. Дышал он со свистом и хрипом.

И все же в нем оставалось достаточно жизни, чтобы вскинуть один из звуковых пистолетов — точно такой же сейчас торчал за поясом у Мэри.

— Нет! — заорал Джек. — Свои! Свои! Джек Сойер и Мэри Кл…

До его ушей донесся свистящий звук выстрела, и что-то похожее на сгусток спрессованного воздуха — невидимый, но смертоносный — пронеслось прямо над «Бинни Динг».

Миссис Тэлбот подала голос без всякой команды: