— Я знаю, для чего его применяют, — оборвал меня ректор.

Он раздражённо хлопнул ладонью по кристаллу связи.

— Велминтон, чистое блюдце мне немедленно. Нет, кофе не надо.

Не прошло и минуты, как на столе появилось белоснежное блюдце.

Профессор Мерфи взял флакон с моей меткой и, перевернув его, капнул на фарфор пару почти прозрачных капель. Нахмурился, разглядывая мутную жидкость.

— Похоже, его уже вымыли, чтобы скрыть состав зелья, но вымыли плохо. Думаю, даже этого достаточно для анализа.

Я посмотрела на ректора, во взгляде которого впервые промелькнула тень сомнения, и не удержалась от шпильки.

— Странно, да? Вымыть флакон, заметая следы, но зачем-то оставить его на месте преступления.

Ректор поднял на меня раздражённый взгляд.

— Вы дерзите, студентка.

— Я защищаюсь, господин ректор, — твёрдо ответила я.

— Мне понадобится капелька вашей крови, Вивьен, — мягко вмешался в разговор профессор Мерфи.

Я достала из сумки длинную коробочку со скальпелем. Игнорируя протянутую руку профессора, сама сделала небольшой надрез на подушечке безымянного пальца. На другом краю блюдца появилось алое пятнышко моей крови.

Мерфи кивнул и, откупорив флакон с зельем Чистоты, добавил по капле в разведённые остатки отравы и в мою кровь.

Проверка была тонкой: реакция созвучия. Каждое зелье несёт в себе «магическое эхо» создателя — ритм его дыхания, температуру рук, особенности ауры. Если бы состав был приготовлен мной, раствор на блюдце и капля моей крови должны были рвануть навстречу друг другу и попытаться слиться.

Я твёрдо знала, что это не моих рук дело, но на пару мгновений сердце замерло. Что, если в этот суррогат «Сердечной петли» добавили какое-нибудь из моих нейтральных зелий?

Но нет, до этого злоумышленник не додумался.

Зато стоило капле Чистоты коснуться остатков «петли», как по блюдцу пошли грязно-коричневые разводы, а воздух наполнился запахом пережжённой меди.

Профессор выдохнул с облегчением.

— Доказано, господин ректор, Вивьен не имеет никакого отношения к содержимому флакона. Теперь я вижу: мы могли провести этот эксперимент и без неё. По одному виду и запаху того, что получилось, я уже твёрдо мог бы сказать, что это не её работа.

— А этот вывод на чём основан? — В глазах ректора вместо раздражения неожиданно появился интерес.

— Да вы сами посмотрите. Знаете, как бы выглядела настоящая «петля»? Нежно-голубой окрас и цветочный аромат, а не вот эта грязная и вонючая лужица. Раствор готовил дилетант. Должен вам доложить, что Вивьен Силвертон — первая на курсе и главный кандидат на стипендию следующего года. Она физически не способна на столь грубую ошибку. Это зелье варил тот, кто ничего не смыслит в температурных пиках.

Ректор Олридж некоторое время молчал, разглядывая коричневое пятно на фарфоре. А затем перевёл взгляд на меня. В нём было любопытство.

— То есть, проф, вы наконец-то нашли достойную ученицу, а я об этом ничего не знаю?

— Я не афишировал, — скромно ответил наставник. — Тем более что мы сейчас работаем над зашифрованным проектом. Мисс Силвертон ещё удивит вас.

Лучше бы он меня не хвалил. Взгляд ректора снова стал строгим.

— Зашифрованный проект и такая безалаберность? Мисс Силвертон, в применении запрещённого зелья вы оправданы, но в остальном… На первый раз я не применю к вам дисциплинарного взыскания за халатность. Если же ваши флаконы снова окажутся там, где им не место, никакое Зелье Чистоты вас не спасёт. И вы, проф, тоже должны позаботиться об этом. Свободны, Силвертон.

Выйдя из кабинета ректора, я прислонилась плечом к холодной стене. Наступила реакция. Некоторое время я стояла, постепенно приходя в себя. Мой расчёт на Зелье Чистоты был верен. Неожиданное присутствие профессора Мерфи тоже оказалось нелишним. И всё же я считала, что мне повезло.

Многих переменных я не учла. К счастью, человек, который меня подставил, продумал далеко не всё. Решил, что достаточно метки на флаконе и статуса лорда Стормвейла.

Едва я вспомнила о звезде академии, как из-за поворота появился и он сам. Шёл узнать, какие меры приняты по его жалобе?

Я быстро выпрямилась, отступая от стены, но Кейран наверняка успел срисовать мою позу и сделать свои выводы.

— Что, Силвертон, у тебя хватило мозгов написать заявление об отчислении? Вещи, надеюсь, соберёшь сегодня?

Я молча показала ему три пальца — оскорбление, принятое у зельеваров. Не знаю, понял ли Кейран, что я назвала его «ошибкой мироздания», но его физиономию перекосило.

Глава 4. Учебный день

Вивьен Силвертон

На лекцию профессора Морган я успела к самому завершению. И это был ещё один повод злиться на того, кто меня подставил, ну и на ябеду Кейрана заодно.

Профессор кивнула, движением головы указав мне на моё место.

Я хотела сесть с краю, рядом с Лией, но она встала, пропуская меня в серединку.