Я отвернулась. Я не знала, что это значит, и не собиралась спрашивать. Какое-то время он молчал, и я начала надеяться, что, может быть, так и продолжится.

— Лана предала всех нас, и мы все справляемся с этим по-своему, — сказал он, разрушив мои надежды на тишину. — Мак и я, мы очень старались сделать эту команду безопасной, но нас всего несколько человек из сотен, и мы можем не так много. — Он глубоко вздохнул. — То, что случилось с тобой вчера, было ужасно, и я не виню тебя за то, что ты нам не доверяешь. Но… и мне действительно жаль, если я веду себя как заноза в заднице, но я просто буду продолжать напоминать тебе, что ты часть этой команды, и это значимо для всех нас.

Боги, как бы мне хотелось, чтобы он замолчал. Я продолжала игнорировать его, вытирая столешницу в третий раз подряд, просто чтобы чем-то занять руки.

— Надеюсь, ты знаешь…

Дверь открылась, и я чуть не расплакалась от счастья, увидев, как в комнату, спотыкаясь, вошел бледнолицый мужчина.

Трей затих, и я занялась залечиванием ран мужчины. После того, как он ушел, Трей попытался продолжить разговор со мной в перерывах между пациентами, но около полудня он, казалось, смирился с тем, что я не собираюсь отвечать, и замолчал.

Слава богам, день был насыщен почти бесконечным потоком больных и раненых. Казалось, что люди в Убежище привыкали к моему присутствию. Большинство из них все еще смотрели на меня с подозрением, но все равно приходили. Более половины людей что-нибудь да сказали о моем лице, но слова были на удивление добры. Похоже, они знали, что произошло, так что я предположила, что Мадам повесила объявление.

Женщина с малышом Джетом вернулась и представилась Ледой. Я посмотрела Джета, но постепенно поняла, что она больше беспокоилась обо мне.

— Рука выглядит хорошо, — сказала я, а когда подняла глаза, она протянула мне небольшой сверток.

— Я испекла клубничный пирог и принесла тебе. — Леда улыбнулась.

— О-о, — пробормотала я, заикаясь. — Не стоило.

Когда я взяла сверток из ее рук, она на мгновение сжала мою руку.

— Я видела объявление. — Она понизила голос. — Я просто… ну, я просто хотела, чтобы ты знала, что здесь есть хорошие люди, и мы так благодарны тебе. — В ее глазах заблестели слезы. — Я сожалею о том, что произошло.

Я не знала, что сказать, но она, казалось, не возражала. Леда еще раз сжала мою руку, прежде чем отпустить, и подхватила Джета, который начал капризничать.

— Пора ему вздремнуть. — Она улыбнулась маленькому мальчику. — Еще раз спасибо, Боунс.

Я стояла у смотрового стола, уставившись на дверь после того, как она ушла, чувствуя себя сбитой с толку.

— Леда — одна из хороших, — сказал Трей, стоя у двери. Он улыбнулся, когда я посмотрела на него.

Дверь снова открылась, и внутрь вошла Клэрити. Я не видела ее с того дня, как проснулась в ее комнате в борделе. На шее у нее было свежее кольцо синяков, но она улыбалась. Я напряженно ждала, как она отреагирует на мое лицо, но она промолчала.

— Привет, Боунс, — сказала она, как будто мы были старыми друзьями, затем улыбнулась Трею. — Привет, Трей.

— Привет, сестренка.

Я удивленно перевела взгляд с одного на другого.

— Ты Мейсон?

— Нет, — ответила она. — У нас были разные отцы, и мой хотел, чтобы я взяла его фамилию, поэтому я Рид.

— Единственное, что было общего у наших отцов, помимо любви к нашей маме, это то, что они оба были придурками, — сказал Трей.

Мне было все равно. Мне действительно было все равно.

— Были? — Я услышала свой вопрос.

— Мой погиб в драке в баре, — объяснила Клэрити без малейшего раскаяния.

— Мой погиб в результате нападения животного за пределами крепости, — добавил Трей.

— У вас есть еще братья и сестры?

— Мак. — Клэрити улыбнулась, и я удивленно моргнула.

— Наша мама усыновила Мака, когда ему было восемь, так что он тоже часть семьи, — объяснил Трей.

— У нас почти родилась младшая сестренка, но наша мама умерла в родах. — На этот раз я услышала боль в голосе Клэрити. — Ребенок тоже умер.

Я не отрывала глаз от инструментов, которые сортировала. Роды до чертиков меня пугали, и я ненавидела помогать при них. К счастью, в «Жнецах» рожали не многие. Большинство байкерш, которые в итоге беременели, обращались ко мне за травами, которые прерывали беременность. Не многие хотели растить ребенка посреди кровожадной банды в пустыне.

— Мне нужно выполнить поручение Мака, — сказал Трей. — Я скоро вернусь. Гриз снаружи.

После того, как он ушел, тишина затянулась, пока я, наконец, не подняла глаза и не встретилась взглядом с Клэрити. Она нежно улыбнулась мне.

— Трей рассказал мне, что произошло, — сказала она. — Я не могу поверить, что Лана вот так вас всех предала.

Я ненавидела чувство вины, которое пронзало меня. Если бы не я, Лана и Экзо все еще были бы здесь.

— Ты в порядке? — спросила она.

Мой взгляд упал на кольцо синяков у нее на шее. Она явно знала, на что способны мужчины.