Annotation

Боунс родилась с чудесным даром исцеления, но всё, что он ей принёс, — это смерть. В детстве старший брат учил её выживать — и она выжила. Кровь на её руках уже не смыть, она сломана и покрыта шрамами во всех смыслах, но она выжила. Наконец сбежав от безжалостных рейдеров, державших её в плену долгих двенадцать лет, Боунс преследуют призраки прошлого, и она отчаянно ищет искупления. Однако свобода длится недолго — слухи о её способностях настигают её снова. Притащенная в крепость на северо-западе, известную как «Убежище», Боунс обнаруживает, что против своей воли тянется к сплочённой команде, которая взяла ее в плен, а чувства, которые она начинает испытывать к Трею — сердцу этой команды, — пугают её сильнее всех ужасов прошлого. Боунс изо всех сил пытается держать дистанцию, справляться со своей травмой и мириться с новыми, чудовищными способами применения её целительского дара для подавления зарождающегося мятежа. По мере того как её защитные стены медленно рушатся, всё, во что она верила о себе и о мире, ставится под сомнение, вынуждая её ответить на вопрос: ради чего ты выживаешь?

КОСТИ

СЕРИЯ «КОСТИ»

КНИГА 1

К. Л. Спир

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Над книгой работали: Watermelon, Mia Rose Jett, RinaRi

Для меня, двенадцатилетней девчонки,

которая всегда чувствовала себя аутсайдером,

пропадавшей среди книг и начавшей

писать первый из многих романов.

Ты никогда не ожидала, что окажешься здесь,

но я хочу тебе кое-что сказать.

У нас получилось.

ПРОЛОГ

Полуденное солнце палило на песок пустыни. Молодая девушка, покрытая грязью и засохшей кровью, лежала там же, где свалилась, слишком измученная, чтобы подняться. Над головой кружил одинокий ястреб. Приземлившись два тощих Грифа, вытянули мясистые шеи, чтобы получше рассмотреть ее. Один из них пронзительно закричал, но она не шелохнулась. Ястреб снова сделал круг, затем нырнул вниз. Грифы отскочили в сторону, издавая возмущенные крики, и она заставила себя приподняться. При ее движении ястреб изменил курс, снова взмыв в небо. Однако Грифы не двигались, все еще с надеждой глядя на нее. Она свирепо посмотрела на них.

— Пошли прочь, — ее голос надломился. — Я еще не подохла.

Огромные птицы уставились на нее сверкающими глазами-бусинками. Ее охватила вспышка гнева, она оскалила зубы и зарычала, метнувшись в их сторону, как разъяренная кошка. Грифы взлетели, поднимая шквал шума и пыли.

Оставшись одна, она с трудом поднялась на ноги. Ее потрескавшиеся губы саднило, а горло горело от жажды. Она снова начала бесцельно брести вперед. Просто переставляла ноги. Живот свело, последнее, что она съела, была пара маленьких яиц, которые удалось стащить из гнезда какой-то птицы два дня назад.

Солнце прошло половину пути по небу, когда вдалеке появилось облако пыли. Она остановилась, покачиваясь на дрожащих ногах, осознавая, что бежать бессмысленно: ее преследователь был превосходным ищейкой. Она глубоко вдохнула и сжала кулаки на висевших вдоль тела ручонках, заставляя себя не смотреть ему в глаза.

Древние мотоциклы резко затормозили, и она, прищурившись, увидела, сквозь пыль, троих незнакомцев. От странной смеси облегчения и разочарования у нее, всего на мгновение, закружилась голова. Это был не он. Двое по бокам завели свои рычащие моторы и оглядели ее так, что она похолодела. Первый был молод, совсем еще мальчик, а другой — мужчина-гигант. Он ухмыльнулся ей, блеснув грубым куском золота, бывшим у него вместо зуба. Но ее внимание привлёк тот, что посередине. Поблекшие татуировки расползлись по его шее, и он окинул ее оценивающим взглядом. Двое других продолжали смотреть на него, как будто ожидая указаний.

На миг девушка засомневалась: она могла попытаться сбежать, могла плакать и вопить, могла даже попытаться бороться, брат слишком хорошо обучил ее этому. Он научил ее выживать.

— Ты маленькая, но умная. — Она слышала голос Вольфа в своей голове. — Люди видят ребенка и предполагают, что они намного умней. Может, так оно и есть, но всякий раз, когда кто-то тебя недооценивает, ты можешь этим воспользоваться.

Поэтому она расправила свои маленькие костлявые плечи, шагнула вперед и сказала:

— Я ищу работу. Я… я целительница, и я ищу работу.

Мужчина слева фыркнул от смеха, хлопнув себя по ноге, но тот, что был посередине, лишь приподнял бровь.

— Это правда? — наконец произнес он ленивым, угрожающим тоном.

Она поплотнее прижала к себе рваную рубашку, чтобы унять дрожь в руках.

— Да. Это так.