— Вот это, — я ткнула пальцем в сторону решётки. — Может, это мой призрак. Или Королева. — Я выразительно на него посмотрела.

Олимпио будто пытался вслушаться. Он подался вперёд, склонив голову набок.

— Ничего не слышу.

А стон раздался снова.

— Да ладно тебе. Какой прок от твоих курандеро-способностей, если ты даже этого не слышишь? — сказала я, но стон оборвался, и Олимпио только покачал головой.

Я встала и отошла чуть дальше, чтобы глянуть в сторону железной дороги. Может, это поезд гонит воздух? Или звук его колёс эхом отражается от какого-то участка стены? Но стон послышался опять.

Я молча указала на решётку, и Олимпио поморщился, но потом медленно кивнул.

— Ладно, это жутко. — Он затолкал остатки чипсов в рот и поставил стакан.

Я подошла ближе и присела на корточки у самой решётки.

— Там кто-нибудь есть?

— ¿Aquí abajo? — донеслось в ответ.

— Жутко, но это не… — начал Олимпио, подходя ближе.

— Pero no es7… — отозвался другой голос, а потом послышался всхлип. Мы оба отпрыгнули. А потом снова раздался плач, кто-то давился слезами.

— Надо туда спуститься, — сказала я.

Олимпио яростно замотал головой:

— Звони в службу 911.

Я снова наклонилась к решётке:

— Вы меня слышите? — Плач стал громче. — Олимпио, как туда попасть?

Он вдруг рванулся ко мне и прикрыл мне рот ладонью:

— Не называй моё имя!

— Прости, прости. — Я встала, отряхнула колени. Должен же быть какой-то люк или спуск. — Покажи, где. Пожалуйста.

— Мы можем сказать остальным, — он махнул в сторону клиники.

— Да я еле-еле тебя убедила, что я не выдумываю, — возразила я. — И как часто сотрудники службы 911 вообще сюда приезжают?

Он сжал губы и переводил взгляд с меня на решётку, из-под которой всё ещё доносился плач.

— Хорошо. Я тебе покажу, за десять долларов.

5 Авторитет

6 Сынок

7 Но нет…

ГЛАВА 18

Мы пошли по улице, немного в сторону станции, потом свернули налево, и Олимпио остановился перед аптекой.

— Нам нужно пять долларов.

Я не была в том положении, чтобы отказывать ему в таких мелочах, и отдала ему те деньги, что не потратила сегодня утром на завтрак.

— Отлично. Стой тут, — бросил он и зашёл в магазин без меня.

Я осталась ждать под палящим солнцем. Как раз когда я начала подозревать, что он меня кинул и выскользнул через чёрный ход, Олимпио вернулся.

— Вот. — Он протянул мне маленький фонарик, без упаковки, зато с батарейками внутри и горсть мелочи. Я сунула сдачу обратно в карман, и он повёл меня дальше.

***

Мы прошли через несколько переулков, потом между домами, миновали ещё один проход и наконец оказались у широкого бетонного жёлоба, в который выходили ливнёвки. Он был такой огромный, будто его проложили для великанов. По обеим сторонам жёлоба тянулись самодельные навесы из кусков брезента. Мы быстро пробирались мимо них, стараясь не тревожить тех, кто дремал внутри.

— Это Текато-Таун, — объявил Олимпио. — Текато — это…

— Я знаю, кто такие текато, — оборвала я.

Мы начали спускаться по крутому, покрытому граффити склону, откидываясь назад, чтобы не потерять равновесие. Я мысленно порадовалась, что сегодня надела кроссовки. Повсюду валялись осколки стекла, как жаль, что не взяла перчатки.

— Твой дед мог бы их вылечить? — спросила я.

Олимпио хмыкнул, задумавшись.

— Нет. Вряд ли. Чтобы вылечиться, надо хотеть вылечиться. Я никогда не встречал текато, который хотел бы избавиться от зависимости до конца. Они все немножко влюблены в свой наркотик. А почему ты спрашиваешь?

Я мельком глянула на навесы, которые уже исчезали за бетонным краем горизонта.

— 💯Мой брат. Он мог бы спать где-то там. — Скорее всего, он там не был, скорее всего, он ночевал в приюте для бездомных, но я специально не спрашивала, где он останавливается, когда видела его в последний раз.

Моя нога поехала по скользкой поверхности, и я едва не упала, чуть не выставив руку, чтобы удержаться.

— Чёрт!

— Значит, это твой призрак. Он тебя преследует, — спокойно сказал Олимпио, добежав до низа и сделав пару прыгающих шагов, чтобы приземлиться на испачканный грязью бетон. Я спустилась за ним, куда менее изящно.

— Может, тебе стоит сходить к моему деду. Даже если он не сможет помочь брату, он поможет тебе.

— С чего это мне нужна помощь?

— Он преследует тебя — твои тревоги. Он истощает твою энергию, он крадёт твой дух.

Я фыркнула:

— Да, значит он меня преследую много лет. — Я чуть было не рассказала про маму, но вовремя прикусила язык. Он был просто парень, ему не нужны были мои проблемы.

— Почему они не спят внизу? — спросила я, когда мы добрались до ровного дна жёлоба.

— Из-за ливневых паводков. Всё смывает. И нас тоже, если пойдёт дождь.

Хм. Сегодня, как всегда, было душно, но солнце по-прежнему палило.