— Пусть сам поднимется и поговорит со мной. Я не пойду вниз. — Я не знала, насколько надёжно меня защищает изгнание. Если где-то на парковке стоял вампир, я предпочла бы встретиться с ним из безопасного укрытия своего дома, где действовали правила «вход воспрещён».

Лапы Йоргена снова появились и навалились на дверь. Он тряс её в раме, и цепные замки застонали под натиском. Он отступил, а потом снова рванулся вперёд и один из новеньких замков с треском сорвало.

— Йорген! — Я одёрнула его, хоть и понимала, что это бесполезно. Схватив крестик, я провела им по кончикам его когтей. Он взвыл и отпрыгнул от двери.

— Что тут происходит? — Дверь соседа распахнулась. Это был семейный человек — двое детей, жена, и все они ютились в такой же однокомнатной квартире, как у меня. При виде всего этого Йорген метнулся прочь, змеёй скользнул вниз по лестнице и растворился в ночи. Сосед смотрел на меня сквозь путаницу цепей и замков. — Ты в порядке?

— Да, — я кивнула, будто это могло что-то доказать.

— А что это было?

— Бывший парень, — соврала я. — Тот ещё кошмар.

Он хмыкнул, скрестив руки на животе.

— Нам тут неприятности не нужны. Если он вернётся, лучше сразу зови полицию.

— Обязательно.

Он прищурился, глядя на меня, потом кивнул и ушёл к себе в дом. Его «мужская работа» здесь была сделана.

А моя только начиналась.

ГЛАВА 16

После вторжения Йоргена я пыталась снова уснуть, но это было почти невозможно. Я никогда не видела Гончую без хозяина поблизости, а Дрен был не из тех, кто пугает издалека. Из нашего общего прошлого я знала: он предпочитал действовать лично. Ну, или одной рукой — ведь вторую я у него, по чистой случайности, отняла. Несправедливо, что я стала врагом на всю жизнь для существа, которому вообще не суждено умереть.

Я сильно сомневалась, что Анна — та самая вампирша, которая ввела изгнание, чтобы защитить меня, — передумает без предупреждения. От этой мысли становилось не по себе: а вдруг с ней что-то случилось? Может, именно поэтому Ти на днях завёл тот разговор? Надо было тогда расспросить его подробнее, пока была возможность.

В ту ночь я так и не уснула. Просто смотрела, как ползёт стрелка часов, пока не взошло солнце, а потом встала. Может, я всё-таки смогу стать «дневным» вампиром, если буду притворяться, что день — это просто ещё одна ночь.

К тому моменту, как я почистила зубы, было уже семь тридцать. Можно было выйти и позавтракать. Лучшая закусочная в Порт-Кавелле находилась в двух остановках по железной дороге. Достаточно близко, чтобы успеть выпить там много кофе и вернуться к девяти на станцию клиники — как раз к нашей с Гектором прогулке. Я тихонько пропела про себя его имя и фыркнула над собой. Пора бы уже справиться с этими школьными чувствами. Последние семь месяцев мне удавалось держать либидо в узде. Продержусь ещё немного. Ничего не изменилось. Вообще ничего.

Я надела одежду, которую не жалко было бы испортить несмываемой краской, и пошла к поезду.

***

Ранним утром в выходные здесь почти приятно. В поезде почти никого не было: на следующих двух остановках к северу не было ничего интересного, особенно в жаркие июльские выходные. Большинство людей оставались дома, запершись в кондиционированных «пузырях», или стояли перед открытыми холодильниками. Я сошла на нужной остановке, прошла три квартала и зашла в закусочную. За одним из столиков я заметила кого-то в зелёной медицинской форме — человек сидел ко мне спиной.

Как всегда, увидев кого-то в форме, я чуть ускорила шаг, вдруг я его знаю. Проходя мимо столика, я небрежно оглянулась — и да, узнала. Это была Джина: она наклонилась, чтобы убрать кошелёк в сумку.

— Чего это ты так рано встала? — поддразнила я. Я не видела Джину семь месяцев, и лицо само расплылось в улыбке. Она будто не услышала, поэтому я постучала по краю столика и помахала. — Эй! Что ты тут делаешь?

Она резко вскинула голову — вид у неё был такой, будто она только что с ночной смены. Рука метнулась к чаевым, словно я могла их стащить.

— Завтракаю, — буркнула она.

— Джина…

— Эй. — Её пальцы нащупали бейдж с надписью Y4 на груди, и она торопливо сунула его в нагрудный карман формы.

— Как ты? — не сдавалась я.

— А тебе какое дело? — Чёлка качнулась вперёд, когда она дёрнула головой в чуть угрожающем жесте.

— Джина…

— То, что ты умеешь читать бейджи, ещё не значит, что мы подруги.

— Ты меня не помнишь?

Она нахмурилась ещё сильнее.

— Нет. А должна?

Я моргнула. О нет. Я просила Теней не менять мои воспоминания, а вдруг вместо этого они изменили воспоминания всех остальных?

— Прости, наверное, я перепутала тебя с кем-то другим, — сказала я. Не стоило заставлять Джину весь день гадать, кого у неё украли Тени. Я сама выбрала помнить. Вряд ли она захотела бы забыть.

Джина чуть расслабилась.

— Да ладно, неважно.

Я отступила, а она выскользнула из кабинки и направилась к выходу.