— Я же говорил тебе, — шепчет Кейд мне в губы, и его слова звучат смазано, пока он борется с мышцами, что спали слишком долго. — Я буду любить тебя, пока мы не обратимся в прах.

— Я тебя не люблю. — Я покрываю поцелуями все его лицо, пока он не пытается изобразить слабую улыбку. — Потому что слова «люблю» недостаточно для того, что я чувствую. Этого слишком много. Это абсолютное всё.

Кейд издает стон, когда мои губы вновь касаются его, но на этот раз от боли, поэтому я осторожно отстраняюсь от его тела. Не желая расставаться с ним ни на секунду, я поддерживаю его торс, пока он не устраивается у меня на груди, положив голову на моё бешено колотящееся сердце, и надежно укутываю его одеялом, чтобы он больше не лежал на голой земле.

— Как я здесь оказался? — шепчет он мне в грудь, его голос истощен до предела.

— Один особенный человек пообещал, что если я найду тебя, то он вернет тебя мне. — Я встречаюсь взглядом с Незнакомцем и готова поклясться, что в его белых глазах блестят слезы.

— Хммм, — мычит Кейд, его веки тяжело опускаются от навалившегося сна.

— Отдыхай, муж мой. — Я целую его в волосы, прижимая ближе. — Я расскажу тебе обо всем, когда ты проснешься, а пока спи. Я никуда не уйду.

Кейд засыпает, его дыхание ровно звучит в моих объятиях. Я всё же бросаю настороженный взгляд на Незнакомца, но его успокаивающая улыбка заверяет меня, что теперь всё будет хорошо. Кейд больше не мертв, он больше не горстка разбросанных повсюду костей. Он отдыхает, но он обязательно проснется, и каждый день до конца его жизни я буду рядом, когда он откроет глаза.

Я просыпаюсь от звука шагов — сухая земля хрустит под сапогами, и я моргаю, заставляя затуманенное зрение сфокусироваться. Кейд проснулся в полдень, и с помощью Незнакомца я одела его и накормила бульоном. Движения сильно утомили его, и всего через час он снова уснул у меня на руках, но это был чудесный час. Яркий блеск в его глазах проложил дорожку прямо к моему сердцу, и я еще никогда не чувствовала себя такой счастливой просто оттого, что могу сидеть и прижимать его к себе. Я не собиралась спать. Я хотела бодрствовать, глазами изучая черти его лица, но багровый закат подсказывает, что я проспала уже несколько часов. Голова Кейда по-прежнему лежит у меня на груди, его дыхание ровно, и перед тем как подняться на поиски того, что меня разбудило, я целую его в лоб.

Звук повторяется — уже где-то вдали, — и мой взгляд находит Незнакомца. Он уходит в лучах заходящего солнца, и, чувствуя, как в груди поднимается тревога, я выскальзываю из-под мирно спящего Кейда.

— Подожди! — Я бросаюсь за ним и резко торможу в пыли, когда он оборачивается. — Ты уходишь?

— Я здесь тебе ни к чему, дитя мое, — улыбаясь, он берет мое лицо в ладони. — Не для этого воссоединения.

— Я… — Я осекаюсь, прекрасно понимая, что он прав, но его уход все равно скребет по сердцу. Я не проводила без его голоса больше пары дней и совсем не готова терять его. — Ты бросаешь меня?

— Селла, моя Селла. — Он притягивает меня к себе, крепко обнимая. — Я никогда тебя не оставлю. Клянусь.

Я с облегчением выдыхаю, уткнувшись в его грудь, а он отстраняется, заглядывая мне в глаза. Он ничего не говорит, но между нами возникает полное взаимопонимание. Он не мой отец по крови. Он не Хрейнаста. Он не отречется от меня.

Незнакомец еще мгновение держит мой взгляд, а затем с улыбкой поворачивается, чтобы уйти.

— Кто ты? — Я хватаю его за запястье, заставляя повернуться ко мне лицом.

— Разве ты еще не догадалась? — он ухмыляется, и его белые глаза вспыхивают. Они совершенно бесцветные, не такие, как у других, с их едва заметными радужками, но это те же самые глаза. Глаза бога.

— Смерть, — шепчу я, и он кивает. — Но как? Хрейнаста изгнала тебя. Она искоренила твой культ. Как ты здесь оказался?

— Благодаря тебе, дитя мое. Благодаря твоей вере.

— Я не понимаю.

— У меня не было опоры ни в этом мире, ни в царстве богов после того, как она изгнала меня. Без веры богов или людей у меня не было почвы под ногами, — объясняет он. — Я веками скитался в ничтожестве, отыскивая трещину, лазейку для побега из изгнания, и нашел ее в тебе. Твое отчаяние было настолько велико, что во тьме ты жаждала найти способ исцелить свою боль. Ты сама того не осознавала, но твоя тоска была сродни молитве, и я услышал тебя. Когда мы встретились впервые, я был лишь слабым шепотом, но по мере того, как росла твоя вера, крепло и мое присутствие. Мои позиции в этом мире восстановлены полностью. В ту минуту, когда Кейд вспомнил тебя, твоя вера в меня укрепилась окончательно. Теперь у меня есть последователь, и благодаря этому изгнание Хрейнасты подошло к концу. Потребовался всего один верующий, чтобы открыть дверь. Хотя я подозреваю, что твой муж очень скоро последует твоему примеру.