Леонард впал в глухой, леденящий ступор. Лишь спустя несколько звенящих секунд он резко обернулся, устремив тяжелый взгляд вслед Клейну. Увы, его взору предстала лишь удаляющаяся спина облаченного в классический черный плащ и полувысокий шелковый цилиндр джентльмена, который вот-вот грозил бесследно раствориться за поворотом улицы.

С резким, хлопающим шумом крыльев жалкая горстка белых голубей на брусчатке внезапно сорвалась с места. Птицы единой стаей взмыли ввысь, устремившись прямо в бездонную, безмятежную лазурь небес.

Глава 1273 Бедный Арродес

Клейн так и не навестил Бенсона и Мелиссу. Юноша кристально ясно осознавал: нынче он барахтается на слишком уж заоблачных эшелонах, и любая попытка сблизиться с братом и сестрой неминуемо навлечет на их головы фатальную катастрофу. Для тех сущностей, что ни сном ни духом не ведали о его подлинной личности, подобный неосторожный шаг послужил бы ниточкой, позволившей взять на карандаш связи между этой троицей. А уж для тех мастодонтов, кому его прошлое было доподлинно известно, это стало бы железобетонным доказательством: Клейн всё еще цепляется за остатки человечности и по-прежнему до смерти дорожит своей родней.

Именно поэтому держаться от Бенсона и Мелиссы подальше было самым надежным, единственно верным способом их защитить.

Разумеется, благодаря мисс «Справедливости» он уже давненько держал руку на пульсе, досконально зная, как поживают его близкие:

Бенсон, чья служба в Министерстве финансов в разгар войны проявила его как человека ушлого и хваткого, благополучно пошел в гору. Получив целую вереницу повышений, он дослужился до заместителя начальника пятого департамента, а его годовое жалованье взлетело до трехсот фунтов;

Мелисса же удостоилась благосклонности своего наставника, Портленда Момонта, который великодушно даровал ей шанс стать Потусторонней. Ректор Баклундского технического университета, будучи истовым прихожанином «Бога Пара и Машин», уже давно ступил на мистическую стезю и нынче топтался на седьмой Последовательности, нося титул «Оценщика». Он спал и видел, как девушка вознесется до «Эрудита» девятого ранга. Как-никак, это позволило бы ей впитывать знания словно губка, феноменально прокачать память и выковать железобетонный фундамент для грядущих прорывов в инженерном ремесле.

Для самой Мелиссы это было тайной за семью печатями, вот только укрыть её от всевидящего ока «Зрителя» полубожественного калибра было попросту немыслимо. К тому же Одри с железобетонной уверенностью доложила: девушка явно склоняется к тому, чтобы ударить по рукам, и вынесет окончательный вердикт со дня на день.

Клейн благоразумно предпочел закрыть на это глаза, дав негласное добро. С одной стороны, Путь «Эрудита» не слишком-то задирал планку духовного восприятия, а значит, шансы Мелиссы услышать леденящий душу шепот или узреть хтоническую чертовщину болтались у плинтуса. С другой — чем ближе дышал в затылок Апокалипсис, тем сильнее истончалась угроза слететь с катушек от зелий низших эшелонов. Да и, в конце концов, он сам, будучи «Чудотворцем», мог всегда подставить плечо, виртуозно купировав любые риски потери контроля.

'Для фанатичного механика девятой ступени «Эрудита» хватит за глаза… Судя по всему, Момонт придерживается тех же прагматичных взглядов. Ему совершенно не с руки щедро отсыпать эликсиры Церкви Пара прихожанке «Богини Вечной Ночи»…

Апокалипсис неумолимо приближается с каждым божьим днем. Незримый барьер трещит по швам, истончаясь всё сильнее, и порча Внешних божеств будет разъедать этот мир всё более откровенно. Шансы заурядных обывателей напороться на паранормальную дичь неизбежно взлетят до небес. Если смотреть под таким углом, то посвящение Мелиссы в Потусторонние — это воистину благо. Сумей она благополучно вскарабкаться до «Ремесленника» шестой Последовательности, или, как нынче говорят, «Эксперта-механика», то не только воплотит свою заветную мечту в жизнь, но и обретет мощь, дабы стать надежным щитом для себя и Бенсона…

Надо будет подрядить мисс «Справедливость», чтобы она улучила момент и виртуозно, без лишнего шума вложила в голову Мелиссы суть «метода отыгрыша». А уж до каких высот она в итоге дотянется — целиком и полностью в её руках. Самое большее, что мне по силам — это исподволь подкидывать ей толику удачи, ну и, пожалуй, снабжать рецептами да ингредиентами… Дьявол, веду себя как наседка, трясущаяся над выводком… Хотя, если рубить правду-матку, я им и прихожусь старшим братом… Интересно, можно ли притянуть это за уши и засчитать как своеобразное исполнение «желания»?

Погодите-ка… Мелисса ведь почти стопроцентно спит и видит, как бы Клейн восстал из мертвых. Вздумай я прямо сейчас заявиться к ней и предстать во плоти, не сорву ли я воистину грандиозный, осязаемый куш духовной отдачи?

…Нет, к черту. Этот финт неминуемо обрушит на них с Бенсоном фатальную, сокрушительную катастрофу…' — Клейн тяжело покачал головой, титаническим усилием воли обрывая эти эгоистичные порывы и поиски нелепых оправданий.

Привычным жестом поправив цилиндр, юноша свернул в ближайшую гостиницу. Выудив из кармана полновесный золотой фунт, он снял себе номер.