Впрочем, мозг юноши работал с пулеметной скоростью. В памяти ослепительной вспышкой воскресла Прародительница рода Крови, древняя богиня Второй Эпохи, ныне известная как «Матерь-Земля» — Лилит. В свое время именно Она восседала на престоле нулевой Последовательности Пути «Луны», являясь подлинной, исконной «Владычицей Багрянца». На сыщика тут же снизошло кристально ясное озарение: этот отказ от сакрального имени был не чем иным, как теневым бартером, той самой неизбежной платой, которую Богиня отстегнула за союз в этой заоблачной игре престолов.

'Хм… Позиция Владычицы кристально ясна: кровь из носу стабилизировать обстановку в кратчайшие сроки… Вплоть до того самого мига, когда Она окончательно переварит власть «Смерти» и «Бога Войны», триумфально вскарабкавшись на ступень «Великой Древней», Ей совершенно не улыбается терять кого-либо из пантеона истинных божеств. Вздумай кто-то из Них сыграть в ящик прямо сейчас — и ту самую зияющую брешь в незримом барьере, оставленном «Первозданным Творцом», попросту некому будет залатать. Внешние божества тут же воспользуются этой уязвимостью, и Апокалипсис грянет на наши головы куда раньше намеченного срока… Ко всему прочему, если препарировать нынешние расклады в Лоэне, затянись эта кровавая баня еще хоть ненадолго — и якоря Владычицы неминуемо дадут фатальную трещину. А это, чего доброго, спровоцирует пробуждение воли «Первозданного» в Её собственном нутре…

В свое время, позволив фронту откатиться до самого Баклунда, Богиня и так пошла на поистине суицидальный риск, ведь Ей приходилось тратить львиную долю сил на подавление «Первозданного». Вздумай «Матерь-Земля» тогда вонзить Ей нож в спину — и Владычица почти стопроцентно испустила бы дух куда раньше «Бога Войны». Э-э, неужто в Её рукаве пылились и другие, неведомые мне козыри?

Очевидно, что в этой мясорубке и Церковь Ночи, и Церковь Бурь пустили в расход изрядную долю своих резервов. Немудрено, что те фанатики Повелителя Бурь, прославившиеся своим отбитым нравом, даже не попытались пойти в контратаку и молчаливо сглотнули образование нового правительства на архипелаге Ротсид, стоило лишь Сопротивлению клятвенно пообещать не трогать их храмы и блюсти свободу веры…' — беззвучно проворчав эти мысли себе под нос, Клейн окончательно расставил точки над «и» в понимании текущей политической шахматной партии.

Взяв раздумья в узду, он озвучил свой третий вопрос:

— Если «Богиня Вечной Ночи» отчаянно жаждет сделать следующий шаг к вершине, Ей кровь из носу необходимо наложить лапы на «Реку Вечной Тьмы»?

То был один из девяти легендарных «сефиротов». В памяти Клейна ослепительной вспышкой воскресли былые откровения Арродеса: эта самая «река» была намертво повязана с древней Смертью, Прародительницей Бессмертных Фениксов Грегари, а ключи к её местонахождению, судя по всему, зарыты в самых темных, непроглядных недрах Кальдерона — того призрачного полиса в мире духов.

«Истинно так, о великий владыка». — Бледно-серебристые слова судорожно заизвивались, перестраиваясь в свежую вязь предложений: «Тот самый бог Смерти, что правил балом на закате Четвертой Эпохи, тоже почти стопроцентно мог черпать мощь из „Реки Вечной Тьмы“. Оседлав этот сефирот, Он вознамерился грубой силой втянуть в себя „Уникальность“ совершенно несмежной стези. А в финале — просто слетел с катушек, сорвавшись в первобытное безумие».

«Так вот каким макаром тот бог Смерти спятил… А я-то всё ломал голову: истинное божество нулевой Последовательности, прокоптившее небо целых три Эпохи и воочию лицезревшее „Скрижаль Богохульства“, ни за какие коврижки не стало бы страдать такой шизофренией и глотать зелья наобум. Он же не Алистер Тюдор, которого приперли к глухой стенке, поставив перед выбором: либо свихнуться, либо сдохнуть… Немудрено, что „Смерть“, прихватив с собой одну лишь „Изначальную Демонессу“, отважился бросить вызов всей семерке расколотых ортодоксальных богов. Сдается мне, в ту пору Он де-факто уже возвышался до статуса Наполовину „Великого Древнего“… Хм, а ведь у мистера Азика в свое время водился золотой амулет в виде феникса, оставшийся в наследство как раз от этого самого бога Смерти…» — Клейн виртуозно сплел воедино все эти разрозненные факты.

Внезапно юноша мысленно охнул, втянув сквозь зубы ледяной воздух. В его душу закралось пугающее, железобетонное подозрение: а не является ли та самая «Река Вечной Тьмы» подлинным ценником за всю ту щедрую россыпь божественных даров, что Богиня ссудила ему ранее?

Точь-в-точь как «Истинный Творец», что раз за разом закрывал глаза на его дерзости, лишь бы в конце концов загнать его во «Двор Короля Гигантов» и заставить вытащить первую «Скрижаль Богохульства»!

Будучи полноправным владыкой «Замка Истока», он нынче, пожалуй, оставался единственным мастодонтом с достаточно заоблачным рангом, кому было по зубам выстоять под натиском леденящей скверны иных сефиротов.