И все же весь мой прежний опыт и способность сохранять спокойствие исчезали рядом с маленькой альфой.

Она была не просто еще одним солдатом.

Мой зверь рычал в моей голове, что она наша, а это означало, что она, блядь, не дерется.

Это мы деремся за нее.

Образы моего медведя, вгрызающегося в изувеченную плоть ее нападавшего, мелькали перед глазами, и кончики пальцев покалывало, будто когти пытались вырваться наружу.

Высокий, сдавленный стон вырвался из горла Ашера, когда один из ударов Деметра достиг цели. Ашер не успел проявить свое возмущение.

Гнев захлестнул меня, и мне потребовалось все самообладание, чтобы не сбросить Ашера с платформы. Это он был причиной того, что маленькую альфу заставили сражаться перед кровожадной толпой, балансируя над смертельно опасной пропастью.

Я провел руками по своим заплетенным косам и сосредоточился на маленькой альфе. Страх, признательность и ярость горели во мне с одинаковой силой.

Мысленно я желал, чтобы Деметр уже наконец-то, блядь, упал.

Чем дольше продолжался бой, тем выше был шанс, что Сэди ошибется и он возьмет над ней верх.

Маленькая альфа могла быть холодной, как лед, но я видел, как она бегает. Это был лишь вопрос времени, когда ее нехватка выносливости даст о себе знать.

Я потянул себя за длинные косы. Если бы только Сэди могла превратиться в свою звериную форму. Это было единственное время, когда я за нее не волновался. Она была огромной саблезубой тигрицей с клыками длиннее моей руки.

Сейчас она могла сломаться, как веточка.

Бог солнца, помоги мне, я должен был, черт возьми, больше ее кормить.

Я ставил ее здоровье в приоритет, напоминая ей есть, но я не был в этом фанатичным. Теперь все должно было измениться.

Ей нужно нарастить больше мышц.

Пот лился с моего лба, пока удары Деметра сыпались все сильнее, а ее тело содрогалось от каждого попадания. Моя грудь вибрировала все сильнее, низкое рычание поднималось из самого сердца.

А потом рука сомкнулась вокруг ее маленькой шеи. С хрустом мое зрение помутилось, и в голове раздался низкий гул.

Одной рукой этот ублюдок держал извивающееся тело Сэди, свесив его над смертельной пропастью. Она была бессмертной альфой. Ее тело было создано, чтобы переживать почти все и быстро регенерировать. Но она была молодой и худой, и не было никакой гарантии, что она не истечет кровью на песке.

Ужас парализовал мое тело, и каждый дюйм кожи беспощадно покалывало, пока мой зверь метался внутри головы, отчаянно желая превратиться и спасти ее.

Деметр улыбался, раскачивая ее маленькое тело из стороны в сторону. Он играл с ней, прежде чем бросить.

Что-то во мне сломалось, и я взревел. Нахер королеву фейри, я не собирался просто наблюдать.

Я был не один.

В тот же момент Кобра и я бросились вперед на обломки платформ, которые парили между нами и Сэди, словно ступени. В унисон мы перепрыгивали с обломка на обломок, отчаянно поднимая наши тела все выше и выше к ней.

Между ними что-то произошло. Черная тень мелькнула с кожи Сэди на кожу Деметра, и полукровка-воин дернулся.

Сэди убрала свою руку от горла. Под ней не было ничего, она висела над пустым воздухом и безумно далеким падением. В замедленном движении его рука разжалась на ее шее, и она оттолкнулась от него.

Сэди протянула руку вперед, и сверкающий изумрудный объект переместился из рук ее нападающего в ее руку.

Мы с Коброй были слишком далеко, чтобы поймать ее, и она пронеслась мимо нас вниз.

Я взревел от ужаса, когда она стремительно уносилась от нас к твердой земле.

Кобра вскочил на платформу и со всей своей силой врезался телом в Деметра. Тело этого ублюдка полетело к земле, но это уже не имело значения.

Сэди падала.

В вихре движения Ашер бросился с платформы в тот миг, когда Сэди пронеслась мимо. Он нырнул головой вперед в пустой воздух и твердый песок с вытянутыми руками, как пуля, летящая к Сэди.

Мой зверь взвыл, когда Ашер схватил нашу маленькую альфу и обернул свое тело вокруг ее хрупкой фигуры. Это должно было быть мое тело, защищающее ее.

Прошли бесконечные секунды, пока мое зрение дрожало, а ужас сжимал сердце. В последний миг Ашер перевернул их в воздухе и принял на себя основной удар падения. В быстрой последовательности три фигуры врезались в песок.

Стадион погрузился в мертвую тишину.

А затем оглушительный рев сотряс арену, когда миллион фейри закричали одновременно.

Желчь обожгла мне горло, когда я смотрел на окровавленные фигуры, лежащие неподвижно внизу арены.

Отрывая взгляд от ужасного зрелища, я почувствовал панику и желание что-то сделать. Я оглядел арену и встретился глазами с сукой, ответственной за боль Сэди.

Примерно в ста футах от нас голубые глаза королевы фейри сверкнули, когда она злорадствовала на трибунах.