Я проигнорировал ее и забарабанил по двери. Кобра орал ругательства и требовал пустить его внутрь, чтобы увидеть «своего котенка».

Дверь так и не открыли.

Спустя то, что показалось вечностью, я схватил Кобру и силой усадил его дрожащее тело в кресло. Я опустился рядом с ним и ничего не сказал.

Мы оба дрожали от ярости и страха.

Ксеркс стоял у стены, как статуя. Я воспользовался возможностью, чтобы смертоносно на него уставиться.

Наша маленькая альфа обязана быть в порядке.

Никакой другой вариант был неприемлем.

Глава 13. Сэди

Подружки-Принцессы

— Да она уже очнуться должна, разве нет? — раздался над ухом щебечущий девичий голос.

Высокомерный, гнусавый мужской голос ответил:

— Ваше высочество, она потеряла семьдесят процентов крови. То, что она вообще придет в себя в ближайшие дни, будет чудом. Она три дня в коме, к тому же пугающе мелкая, слабая и тощая. Откровенно говоря, я вообще не понимаю, как она до сих пор жила…

— Бу! — рявкнула я, резко открыв глаза и подскочив на кровати.

Врач-фейри взвизгнул как сучка и швырнул свой планшет для бумаг в стену. Тот с громким треском отлетел в сторону.

— Хрен тебе, я еще жива, ублюдок! — я состряпала «утиные губки» и выставила два пальца в форме «V».

Какое-то время врач и сидевшая у моей постели нереальная красотка просто тупо пялились на меня с открытыми ртами. А потом я все испортила, зайдясь в диком приступе кашля. Я хрипела и задыхалась, мои легкие никак не хотели разворачиваться.

Действие обезболивающего закончилось, и я до безумия хотела получить кайф снова. Каждая кость в теле ныла, что, в общем-то, логично. Ведь последнее, что я помнила: как я с размаху шмякнулась о землю.

Честно говоря, я сама охренела от того, что выжила.

И, если уж быть совсем откровенной, какая-то крошечная часть меня даже расстроилась, что я все еще на этом свете. На том этапе я уже искренне предвкушала загробный мир бога солнца. Что-то мне подсказывало, что там куда спокойнее, чем в моей хреновой реальности.

По крайней мере, пока я валялась в отключке после падения с высоты в сотни футов, мне не снились кошмары про кровь. Хоть какой-то мелкий плюс.

Врач смерил меня презрительным взглядом и, оскорбленный в своих нежных чувствах, вылетел из сверкающей белизной палаты. Уходя, он буркнул себе под нос что-то вроде «ебанутая альфа». Я помахала ему ручкой на прощание.

Одно оставалось неизменным в обоих мирах: мужчины — такие королевы драмы.

Сил никаких нет.

Стальная дверь со скрежетом захлопнулась за врачом, и я засмотрелась на ее глянцевый блеск. Все в этой палате было из дорогой стали, стекла, все в строгих, лаконичных линиях. Чистенькое и новенькое. Совсем не похоже на готическую архитектуру мира перевертышей.

Не успела я крикнуть врачу вслед, чтобы он вкатил мне галлон колес от боли, ну или просто доебаться до него, как в меня впечаталось длинное тело.

Издав приглушенное «ох», я попыталась отбиться от нападавшего. Меня окутал запах леденящей смерти. Мозгу потребовалась секунда, чтобы сообразить: меня никто не атакует.

Я узнала этот запах.

Но это был не прохладный морозец, как у Кобры. Этот шлейф был настолько ледяным и темным, что у меня аж глаза заслезились. Я даже удивилась, что слезы не примерзли к щекам.

— О бог солнца, ты как, в порядке? — затараторил девичий голос.

— Ты часом не мой припизднутый друг? — я похлопала ладонями по поджарому телу фейри.

— Дура, конечно это я!

Арабелла — принцесса фейри. Она же по совместительству мой лучший друг Аран. Та откинула голову назад и пронзила меня своим фирменным взглядом, выгнув бровь.

В ее ярких бирюзовых глазах плясали знакомые демоны.

— От тебя странно пахнет, — ляпнула я.

Этот шлейф ледяной смерти реально выбивал меня из колеи. Он был настолько убойным, что у меня волоски на руках встали дыбом и все тело покрылось мурашками.

— А ты шлюха, которая только что отняла у меня целый век жизни, — Аран сжала меня еще крепче, словно боялась, что я растворюсь в воздухе.

— Так, может, объяснишь, откуда у тебя сиськи? — в ответ на ее объятия я аккуратно погладила ее по волосам.

Чем дольше она меня обнимала, тем привычнее становился ее запах. Мне больше не хотелось оттолкнуть ее и бежать без оглядки. И все же голова кружилась после отходняка от лекарств, а каждая клетка тела болела так, будто меня пропустили через мясорубку. Перед глазами все плыло.

Пока я вдыхала ее запах, в голове промелькнула шальная мысль: Аран пипец какая сильная. Мои инстинкты альфы, саблезубой тигрицы в моей душе, четко осознавали, что передо мной хищник.

Моя лучшая подруга ухмыльнулась и театрально закатила глаза:

— Да, я чертовски пикантная дама. Следующий вопрос.