Нужно было выводить взвод из зоны поражения. Стрельба и крики сделали наши радиостанции практически бесполезными, поэтому я бросил винтовку, извлек пистолет и сказал ганни Уинну развернуть машину, а сам вышел, чтобы вывести группы.

— Что?

— Разверни «Хамви» и отходи назад! Я скоро вернусь! — Я редко делал что-либо вопреки его совету, но это был один из тех случаев.

Бессмысленно пригнувшись, поскольку вражеский пулеметный огонь велся на уровне колен, я побежал вперед, к месту, где посреди поворота все еще застыл Колберт. Моей непосредственной заботой было не попасть под огонь своих же людей. Они были сосредоточены на стрельбе и не могли видеть, как я бегу к ним с периферии. Каждая M4 был оснащена лазерным целеуказателем, видимым только через очки ночного видения. Наведи красную точку на цель, и ты будешь попадать в нее каждый раз. Лазерные точки сходились на темных фигурках в деревьях, колебались, когда морские пехотинцы тряслись и гремели в движущихся «Хаммерах», а затем исчезали, когда фигура падала, и они перемещались, чтобы навестись на следующую цель. Это был странно красивый и хорошо поставленный танец.

Время расширялось и сжималось, словно пружина. Я притаился за задним бампером «Хаммера» Колберта, ощущая каждую заклепку на коричневой броне, но абсолютно не помнил, как я туда попал. Над моей головой капрал Хассер стрелял из Mk-19, из дульного среза гранатомета вылетели языки пламени, но оглушительное оружие казалось мне беззвучным. Я выкрикивал команды двум водителям головных машин и пытался избежать попадания под обстрел или наезд, когда стрельбу перебил спокойный голос по радио.

— Вторая группа потеряла человека!

Затем раздался голос ганни Уинна.

— Управление потеряло человека!

Это был кошмар каждого командира. Засада и потери. По иронии судьбы, я вспомнил слова полковника Феррандо, сказанные им на совещании накануне: «Нельзя добровольно идти на войну, а потом жаловаться, что в тебя стреляют».

*****

Перечень основных задач разведки морской пехоты, то есть набор навыков, считающихся жизненно важными для этой работы, занимает целую книгу. Патрулирование, ориентирование, вызов авиаударов, связь, прыжки с парашютом, легководолазная подготовка, стрельба, плавание, управление моторными лодками, рукопашный бой и так далее, — список кажется бесконечным. Медицинская подготовка, как правило, оставалась в тени, а имитированные раненые оживали, как по волшебству, прежде чем они могли серьезно помешать выполнению других задач на учениях. Мне повезло, что у меня был санитар, который не соглашался с этим. Док Брайан был санитаром-десантником специального назначения (SARC)[103], одним из самых высококвалифицированных военных медиков в Вооруженных силах США.

Прибыв во взвод за несколько месяцев до отправки на Ближний Восток, он обучил каждого солдата основам оказания первой медицинской помощи при ранениях и травмах. В Кувейте он скомплектовал аптечки для всего взвода, в которых содержались все необходимые средства для поддержания жизни раненого морского пехотинца — пакеты с физраствором для внутривенного введения, перевязочные материалы и гемостатики QuikClot, химические препараты для блокирования артериальных кровотечений. Он также обучил бойцов взвода изготавливать жгуты, которые нужно было носить на шее, чтобы они были под рукой, и пригрозил избить любого, кто будет пойман без жгута. Последний вклад Дока был не материальным, а тактическим. Он подчеркивал, что задача любого морского пехотинца, раненого в перестрелке, — продолжать стрелять, пока его группа или взвод не окажутся вне опасности. Раненые не могут позволить себе роскошь сдаться. На дороге на окраине Эль-Муваффакии таланты Дока Брайана проявились в полной мере.

Когда началась стрельба, сержант Патрик почувствовал, как его автомобиль задрожал, а его нога резко отклонилась в сторону. Он посмотрел вниз и когда увидел, как из его ботинка хлещет кровь, в силу вступила подготовка Дока. Он затянул жгут вокруг ноги, сообщил своей разведгруппе: «Я ранен в ногу, но я в порядке», — и возобновил огонь. Капрал Стаффорд, радист взвода, сидевший на заднем сиденье штабного «Хамви», пережил похожую ситуацию. Осколок от одной из отрикошетивших пуль от вражеского пулемета вонзился ему в икру и сбил его с ног. Он тоже наложил жгут и вернулся в бой.

*****

Огонь ослабел. Группа Ловелла была последней, кто развернулся. Они задержались в зоне поражения, чтобы обстрелять деревья из пулеметов, пока остальная часть взвода отходила под прикрытие темноты. По приказу батальона Руди помчался с изрешеченным пулями лобовым стеклом и двумя пробитыми шинами, чтобы эвакуировать сержанта Патрика на поле, с которого мы начали выдвижение. Никто за пределами взвода даже не выстрелил.