Жизнь самого Ди Джея наконец-то наладилась. В течение трех лет после стычки с пневмоударником в Вермонта его мучила усиливающаяся боль, которую не мог вылечить ни один врач, сколько бы он их ни обошел. Все они твердили Ди Джею, что это травма мягких тканей, и разводили руками, лишь выписывая все более мощные болеутоляющие и противовоспалительные стероиды. Он начинал с того, что горстями глотал «Адвил», а вскоре принимал уже столько преднизолона, которого хватило бы на целую упряжку тяжеловозов.

Единственным светлым пятном в этот мрачный период стало то, что Ди Джей стал отцом, хотя обстоятельства появления его сына на свет в 1995 году были далеки от идеальных. Все еще тоскуя по Дане после их расставания, Ди Джей начал встречаться с амбициозной бывшей девушкой одного из своих приятелей. Всего через три месяца после начала отношений она обнаружила, что беременна. Они попытались жить полноценной семьей, сняв маленькую квартиру в Уолтеме. Но Ди Джей все еще был слишком диким для оседлой жизни, а оба они — слишком молодыми и упрямыми, чтобы все получилось. Тем не менее Ди Джей был полон решимости поддерживать крепкие отношения со своим мальчиком Коди и не превращаться в человека-невидимку, каким был его собственный отец.

Сразу после того, как Коди исполнилось два года, Ди Джей ехал забирать его, когда вдруг почувствовал озноб и испугался, что сейчас потеряет сознание. Инстинктивно он вырулил посреди оживленного перекрестка и перевел селектор коробки передач в парковочный режим. Опустив голову на руль, его вырвало кровью. После этого он потерял сознание.

Очнувшись в отделении интенсивной терапии115 больницы, Ди Джей узнал, что его решение в последний момент перед потерей сознания припарковать грузовик посреди перекрестка было спасительным. Привлеченное внимание позволило быстро прибыть парамедикам, которые обнаружили Ди Джея в состоянии шока.

В больнице врачи сразу же начали переливать ему кровь, чтобы восполнить потерю, и продолжали вливать ее дальше — в общей сложности двадцать восемь пинт, — пока искали источник внутреннего кровотечения. Наконец врач-гастроэнтеролог ввел Ди Джею эндоскоп, чтобы обнаружить проблему. Ею оказалась язва. Выяснилось, что большая часть боли в спине, которую он терпел все годы после работы в Вермонте, на самом деле была отраженной болью от задней дуоденальной язвы, которая, судя по всему, образовалась из-за огромных доз лекарств, принимавшихся им ранее.

К осени 1997 года, перенеся еще две операции, Ди Джей вернулся к дайвингу. А к началу 1999 года его личная жизнь сделала полный круг. Всё началось с того, что в Уолтеме он столкнулся с сестрой Даны, Лизой. Она пригласила его составить компанию ей и Дане на вечер в одном из их старых любимых мест. Несмотря на то что они с Даной не разговаривали годами, шутки полились так же легко, как и пиво. В конце вечера Дана отвезла Ди Джея домой. Заглушив мотор перед домом его матери, она спросила: «Ну и что происходит?»

«В смысле — что происходит?»

«Между нами».— Я и не знал, что между нами что-то происходит, — неуверенно ответил он.

Он рассказал Дане, что встречается с милой девушкой, барменшей из местных, и она очень хорошо к нему относится. Дана ответила, как сожалеет о том, что разбила ему сердце, и как сильно хочет вернуть его. И тогда, так же быстро, как он бросил работу копрощика ради соблазнительного туннельного контракта, Ди Джей порвал с милой барменшей, чтобы воссоединиться с Даной.

Для Ди Джея проект в туннеле Дир-Айленд казался шансом отмотать время назад, к тому периоду до травмы, когда его будущее казалось безграничным. Пока он сидел на тренинге в Портсмуте, произошло еще одно воссоединение. К этому туннельному заданию присоединялся его старый друг и наставник, бывший «морской котик», которого он не видел со времен Вермонта. В его песчаном хвосте добавилось седины, но для парня, которому вот-вот должно было стукнуть пятьдесят, Рон Козловский выглядел таким же энергичным, как и прежде.

Пять лет спустя после Вермонта Ди Джей снова работал с Козловским, Тэпом и Билли, снова трудился на строительного гиганта Kiewit и снова встречался с Даной. Он вернулся туда, куда и принадлежал.

Вы — пожарный, вбегающий в горящее здание. Вы с напарником разделяетесь в коридоре и направляетесь в разные комнаты. Сквозь бушующее пламя и удушливый дым вы находите мальчика лет шести, лежащего на полу без сознания. Вы зовете напарника, но ответа нет. Зайдя в следующую комнату, вы обнаруживаете, что он тоже лежит на полу, без сознания. Крыша над головой грозит обрушиться. Кислород в баллоне на исходе. Вы понимаете, что можете вынести максимум одного человека. Кого вы берете? Мальчика или напарника?

Описав этот сценарий, инструктор полностью завладел вниманием Ди Джея. И Ди Джею не потребовалось много времени, чтобы принять решение. Конечно, я возьму пацана. У него вся жизнь впереди.

Инструктор подчеркнул, что действовать нужно руководствуясь логикой, а не эмоциями. Учитывая, как долго бушует пожар, велика вероятность, что мальчик уже мертв. Ваш напарник тем временем потерял сознание всего минуту или две назад. У него еще есть шанс.

Ладно, — подумал Ди Джей, — пожалуй, мне стоит получше послушать этого парня.