— Что ж, тогда мне лучше получше во всем этом разобраться, — ответил Роджер. Свой долгий, дорогой и заказанный в последний момент перелет в Бостон через Миннеаполис он провел за изучением скорректированного плана Харальда. В проекте оставались детали, которые он все еще не до конца понимал. Но, полагаясь на способности Харальда, Роджер успокаивал себя: Все под контролем. Эта штука рабочая.

Теперь, пока они пробирались на машине в региональный офис OSHA в пригороде Бостона, команда Kiewit вводила Роджера в курс дела. Им предстояло встретиться с тремя представителями федерального ведомства по охране труда, включая заместителя руководителя управления. План Norwesco уже заслужил похвалы96 Дэйва Коркума, менеджера Kaiser, с которым Kiewit пикировалась годами, а также других ключевых фигур. Роджер понимал, что помимо творческого решения проблемы с заглушками, одним из козырей Norwesco в глазах уставших чиновников был статус компании как свежего игрока со стороны — эксперта-консультанта, прибывающего со свежими идеями и неизменным настроем «мы все сможем».

В начале встречи в конференц-зале OSHA Корри представил Роджера как президента Norwesco. Но в основном Роджер молчал, позволяя исполнительному директору Kiewit вести дискуссию. Три чиновника из OSHA, участвовавшие в совещании, были прекрасно знакомы с тоннелем Дир-Айленд, поскольку за время его долгого строительства ведомство успело оштрафовать Kiewit за целый ряд нарушений техники безопасности97. Корри протянул им копии плана Norwesco, составленного Харальдом, и Роджер наблюдал, как те перелистывают страницы. Сидя за столом, Роджер чувствовал себя марионеткой. Разумеется, некоторые важные детали плана еще предстояло проработать — например, точный способ смешивания и подачи жидкого кислорода и жидкого азота водолазам. Но главные компоненты были на месте. Представленный в OSHA план не оставлял никаких сомнений: к моменту операции по извлечению заглушек из тоннеля будут полностью демонтированы вентиляция и все прочие коммуникации, так что водолазным бригадам придется обеспечивать себя воздухом самостоятельно. Встреча продолжалась около часа.

Прежде чем он успел опомниться, Роджер снова сидел в служебной машине. Хотя OSHA не обладала полномочиями по предварительному одобрению планов, команда Kiewit не скрывала облегчения при виде того, насколько благосклонно отнеслись к ним правительственные чиновники. Несмотря на нетрадиционное использование автономных систем подачи воздуха, представители OSHA не усмотрели никаких тревожных сигналов, а их вопросы показались Роджеру довольно мягкими.

Впрочем, Роджер покидал встречу в состоянии раздражения. Этот звездный час стоил ему большей части двух рабочих дней на переезды, не говоря уже о значительных дорожных расходах — и все ради того, чтобы посидеть в комнате и посмотреть, как пара госслужащих небрежно листает чертежи Харальда. Роджер подумал про себя: Какая пустая трата времени.

Месяц спустя Тэп был уже в пути — внутри стремительно погружающегося во тьму тоннеля. Пока Роджер находился в Спокане, Тэп, Билли и еще два водолаза из Black Dog присоединились к Харальду и паре водолазов из Norwesco для разведывательной миссии в тоннеле Дир-Айленд. К этому моменту, в конце августа 1998 года, проходчики уже демонтировали подвесную вентиляционную линию, рельсовые пути и освещение на более чем половине тоннеля. Отступая назад, проходчики использовали специальный вагон-затвор для откачки скопившейся воды — просачивающейся сквозь трещины в коренной породе, на которую Kiewit жаловалась в своих претензиях насчет «слишком мокрой воды», постепенно перемещая воду на запад, обратно к шахте.

Целью этой разведывательной поездки было точнее оценить условия в тоннеле, в частности наличие взрывоопасных или токсичных газов, чтобы избежать неприятных сюрпризов во время самой миссии. Конкретной задачей водолазов было измерение уровня кислорода и различных других газов в окружающем воздухе вдали от шахты, чтобы Харальд мог доработать свои планы финальной операции. Следуя схеме, сложившейся еще в Омахе, Харальд взял на себя руководство98 разработкой и проведением этой миссии, а Тэпу отвел роль помощника.

Пока водолазы катились на дрезине по оставшимся рельсам, они время от времени замечали цифры, нанесенные краской из баллончика на стену тоннеля. Эти цифры обозначали «кольца» — меру длины, с помощью которой проходчики измеряли расстояние в тоннеле. Каждое кольцо соответствовало пятифутовой длине одного из бетонных сегментов, облицовывающих стены. Так что если на стене красовалась цифра «1000», это означало, что рабочие находятся у 1000-го кольца, то есть примерно на расстоянии одной мили от начала. Около 4000-го кольца, чуть не доходя до отметки в четыре мили, рельсы заканчивались. Там водолазы сошли с дрезины и начали разгружать снаряжение. Они погрузили оборудование для связи, контроля воздуха и подачи воздуха в две алюминиевые лодки с плоским дном. Затем они прикрепили к лодкам колеса на складных ножках, что позволяло суденышкам либо держаться на плаву, либо катиться наподобие больничных каталок — в зависимости от глубины стоявшей в тех или иных местах воды.