На этом их тайная, кулуарная сходка плавно подобралась к своему финалу. Клейн перевел тяжелый, немигающий взгляд на «Отшельника» Катлею и обронил:

— Сдается мне, до наступления нового года эту мясорубку нам благополучно не закрыть. Пожалуй, я отстегну вам часть гонорара авансом.

Не теряя ни секунды, он силой мысли сплел те самые, так и не озвученные ранее пласты бесценных оккультных знаний в сгусток мерцающего, бледно-белого света и легким жестом направил его прямиком к леди «Отшельнику».

Глава 1193 На восток

«Темный Ангел» Сасрир почти стопроцентно является негативной личностью, отсеченной самим Древним богом Солнца… Мистер «Дверь» в былые времена был самым могущественным среди Королей Ангелов… Семья Авраам до сих пор держит в своих руках как минимум два Запечатанных артефакта нулевого класса, таящих в себе Потусторонние характеристики ангельского эшелона Пути «Ученика»… Подлинные, фундаментальные правила этого мира зиждутся на хаосе и безумии… Этот колоссальный пласт оккультных знаний непрерывным эхом отдавался в разуме «Отшельника» Катлеи. Девушка не только испытала искреннее потрясение, но и физически ощутила свинцовую тяжесть этих тайн.

Не будь у неё за спиной Клуба Таро, не укрывай её своей эгидой господин «Шут», и не поделись этими сведениями «Мир» Герман Воробей, докопаться до подобных истин ей было бы попросту немыслимо. Любая самостоятельная попытка сулила бы фатальные риски: один неверный шаг — и она неминуемо привлекла бы всевидящие взоры заоблачных сущностей, а то и вовсе сорвалась бы в пучину бесконечного безумия и мучительной агонии.

— Прими мою глубочайшую признательность за этот аванс, он окажет мне поистине неоценимую услугу в переваривании зелья, — распахнув глаза, от всего сердца поблагодарила Катлея.

Опираясь на изначальные планы, пиратка рассчитывала разжиться порцией сокровенных тайн на рандеву с «Королевой Мистики». Сплетя этот улов с нынешним щедрым авансом от Германа Воробья, она почти стопроцентно усвоила бы эликсир «Ученого-мистика» без остатка. Какая досада, что буквально за пару дней до её прибытия в Баклунд Бернадетт, взяв след по какой-то зацепке, покинула мегаполис, оставив Катлею у разбитого корыта и в изрядном унынии.

Внимая речам леди «Отшельника», Клейн, прикрывающийся личиной «Мира», издал хриплый смешок:

— У всякого щедрого дара имеется свой, суровый ценник.

Пока эхо его слов всё еще билось о своды дворца, юноша едва заметно кивнул мисс «Справедливости» и мисс «Фокуснику», красноречиво давая понять, что этот тезис в полной мере касается и их.

Едва эта приватная сходка благополучно подошла к финалу, а резиденты ложи один за другим покинули «Замок Истока», Клейн поднялся на ноги. Неспешно прошагав от нижнего конца изъеденного патиной длинного стола в самый авангард, он привычно опустился в почетное кресло «Шута».

Вальяжно откинувшись на спинку и опершись локтями о подлокотники, владыка позволил пустоте по соседству пойти легкой рябью, вылепливая один за другим мерцающие ореолы света.

То были световые точки молитв, исходящие от марионетки, за ниточки которой дергала выуженная Клейном историческая проекция. Они пульсировали здесь еще до начала собрания, вот только владыка благоразумно наглухо укрыл ту зону щитом Сокрытия, дабы никто не почуял неладного, и лишь теперь соизволил вернуть всё на круги своя.

Устремив тяжелый взгляд на эти сияющие круги, юноша использовал их как незримый маяк, властным жестом расширяя свой всевидящий взор далеко за пределы таинственных чертогов:

Там, в материальной реальности, в небеса вонзалась погруженная во мрак горная гряда. Прямо на её склоне зиял провал пещеры, уходящей глубоко в самые недра земли.

В былые времена это место служило надежным укрытием для целой прорвы людей, чудом переживших Великий Катаклизм. Увы, в итоге все они бесславно пали жертвами Демонического волка тьмы, Котара, пополнив ряды Его послушных кукол.

За последнее время Клейн, скрупулезно распутывая любые ниточки и следы, умудрился вычислить целых три былых логова Демонического волка. Какая досада, что урожай всякий раз оказывался до смешного скудным.

А причина тому была до боли банальна и представала перед глазами прямо сейчас: у самого зева пещеры громоздился валун, на котором вальяжно восседал молодой человек с широким лбом и впалыми щеками, щеголяющий в классической черной мантии и остроконечной мягкой шляпе.

Амон.

Этот «Ангел Времени», словно нутром почуяв направленный из «Замка Истока» пронзительный взгляд, плавно вскинул голову. Изящным жестом поправив выточенный из хрусталя монокль, Он едва уловимо, с издевательской лукавинкой изогнул губы в усмешке.