— Войдите. — Тон профессора сух, и когда я резко поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, ее глаза сужены и лишены эмоций.

Дверь открывается, и я оборачиваюсь. В проеме стоит мужчина такой огромный, что заполняет собой весь дверной проем — широкоплечий, суровый, с коротко стриженной бородой. Я окидываю взглядом его бордово-золотую форму с нашитой на груди печатью Короны — это Капитан Стражи.

— Это она? — спрашивает он профессора, даже не глядя на меня.

— Она, — отвечает та.

Я поворачиваюсь к ней, широко раскрыв глаза. — Что происходит?

— Пошли со мной, девчонка, — бросает стражник, хватая меня за запястье и рывком поднимая с места. Меня охватывает паника — должно быть, они узнали мою тайну. Либо это, либо Роуз рассказал им то, что видел. Я пытаюсь вырваться, и его хватка болезненно сжимается.

Я смотрю на своего профессора, своего куратора, своего наставника, но ее выражение лица холодно. — Пожалуйста, — умоляю я.

Профессор Борхес сжимает челюсти и делает шаг ко мне. Она берет меня за другую руку, словно помогая стражнику, но затем забирает книгу из моей ладони и прячет ее в карман моего свитера, вне поля его зрения.

— Покорись Короне, мисс Синклер, — шепчет она. — С Королем лежат ответы. С Королем лежит спасение.

Я ловлю ее взгляд. Ее глаза тверды, и я пытаюсь прочесть в них хоть что-то, но любое послание, которое она пытается донести, ускользает от меня.

— Я не понимаю, — умоляю я.

Но стражник с силой дергает меня за предплечье и волочет прочь из кабинета.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Куда вы меня ведете? — требую я, пока стражник тащит меня через стеклянный мост, соединяющий Ванденберге с главным замком.

Школа была построена на холме посреди окутанного Туманами озера, ее каменные башни и высокие стены возвышались над водой. Переход через мост означает, что приходится смотреть вниз, в водную пучину. Я вижу там лица в воде — трупы тех, кто остался снаружи, когда пришли Туманы, задохнувшись от их испарений.

— Тише, — рычит стражник.

Я снова пытаюсь вырвать запястье из его хватки. — Вы не можете просто уволочь меня, не объяснив причину.

Стражник резко поворачивается ко мне, впечатывая мое тело в стеклянную стену. Моя спина болезненно ударяется о каменную оправу.

— Если бы это зависело от меня, девчонка, — шипит он, — я бы прямо сейчас бросил твое тело в озеро. Но Королева отдала свои приказы.

О, Святые… Королева знает, что я сделала.

Я бросаю взгляд на озеро под нашими ногами и на мгновение представляю свое лицо, плавающее там, серое от смерти, среди вод, где мои собственные широко открытые глаза смотрят на меня в ответ. Мы сжигаем большинство наших покойников — в наших стенах нет места для кладбища. Предатели же обречены на водную могилу в озере: их бросают в Туманы, чтобы они захлебнулись ими и утонули.

— Королева, — повторяю я. Я произношу ее титул так, как многие делают в последнее время — испуганным, сдавленным шепотом, будто все мы одержимы нашей правительницей. — Какие приказы?

— Не строй из себя невинную, предательница.

Моя кровь стынет.

— Я не предательница, — настаиваю я, но это звучит как ложь даже для моих собственных ушей.

— Я знаю, кто ты такая. Само твое существование — предательство, маленькая ведьма. — Взгляд, который он бросает на меня, полон чистого отвращения.

Ведьма — Роуз, должно быть, рассказал им то, что видел.

— Я не ведьма, — умоляю я.

— Твои слова бесполезны, — говорит он. Он снова хватает меня за руку и тащит дальше по мосту. — Твоя жизнь больше не в моих руках.

Мы проходим через двери в главный замок и вступаем в парадный вестибюль. Люстры над головой размером с мою комнату в общежитии. Я никогда не чувствовала себя такой маленькой, следуя за стражником вверх по лестнице, устланной коврами.

Потолки взмывают ввысь в каждом коридоре, который мы проходим, на каждой стене — шедевры: портреты королей, работы мастеров. То, что я считаю необычайным, для принца Роуза в его родном доме — обыденность.

Роуз.

Это его вина. Я знала, что он ненавидит меня, но это? Рассказать матери, кто я такая?

Но, конечно, он сдал меня. В королевской крови заложена ненависть ко всем мейгам, и у Роуза есть причины ненавидеть меня еще больше. Узнать, что я одна из них, должно быть, стало для него подарком. Его жестокая ухмылка вспыхивает в моем сознании, пока капитан ведет меня вверх по лестнице, все выше в замок… но не в сторону темниц.

— Куда мы идем? — осмеливаюсь я спросить.

— Молчать, — командует он.

Я решаю, что в этот раз лучше подчиниться.

Наконец мы доходим до огромной стрельчатой двери, на деревянной поверхности которой вырезаны изысканные изображения луны и звезд — это дверь в собор. Я пытаюсь вдохнуть, чтобы успокоиться, но стражник открывает дверь и бесцеремонно толкает меня внутрь.

— Жди здесь, — приказывает он и с грохотом захлопывает дверь за моей спиной.