К тому времени, как мы заканчиваем сборы, щемящая пустота в груди возвращается с новой силой. Путь до бального зала кажется бесконечным. С каждым шагом в нелепых туфлях, которые заставила надеть Селеста, пульс частит в предвкушении встречи с ним.

​Весь мой наряд, верно, стоит больше, чем квартира в Хиллсвью. Лиф облегает плотно, глубокий вырез манит, а корсет утягивает талию до немыслимых пределов. Пышная юбка, напротив, расходится широким колоколом благодаря кринолину. Никогда не видела столь роскошной ткани. Поверх нежного кремового атласа переливаются и сияют изумительные оттенки лазури и пурпура, напоминая искусный витраж. Полюбовавшись этой красотой, догадалась, что материя заговорена, цвета менялись сами собой, будто платье подсвечивается изнутри.

​Но когда Селеста достала подходящие к нему прозрачные крылья… боже, я ахнула. Несмотря на тяжесть, давившую на плечи, они завершили образ. Сегодня я — величественная бабочка, символ красоты и перерождения. Интересно, кто выбрал его для меня?

​Замираю у золоченых двойных дверей. Кол, тем временем, надежно спрятан в расшитой сумочке на запястье. Сердце бьется неровно — в нем смешались волнение и тревога. Я на пороге чего-то грандиозного. Пути назад нет.

Будет ли за этими дверьми убийца матери?

​Селеста держится на несколько шагов позади, как того требует традиция — по крайней мере, так мне сказали. Иерархия здесь просто чудовищная. Селеста прожужжала мне о ней все уши по дороге сюда. Оказывается, обычные люди — в самом низу пищевой цепочки. Ничего удивительного. Далее следуют так называемые «низшие вампиры», которым и вовсе запрещено посещать цирк, затем — Фамильяры, и, наконец, Пятерка и их наследники. Один из которых — мой Господин. Нокс.

​Я всё еще неистово злюсь на него за то, как он обошелся со мной. Тот безумный оргазм меркнет перед его сумасшедшими перепадами настроения. Стоило мне единственный раз с момента прибытия позволить себе каплю эгоизма, как он тут же всё испортил.

​Нокс — последний, кого я хочу видеть. И всё же узы ноют, взывая к нему. Они покалывают под кожей, напоминая, что я больше не властна над собственным телом. И неизвестно, смогу ли когда-нибудь вернуть этот контроль. Я сгораю по нему. Пылкое, бесконечное пламя. Боже, звучит как цитата из дешевого любовного романа. Что со мной происходит? Неужели этот мужчина превращает меня в… поэтессу?

​Двери медленно распахиваются, являя взору роскошный зал, словно сошедший со страниц мрачной сказки. В полумраке мерцают бесчисленные свечи, отбрасывая томные блики на холодный мрамор пола. Люди и вампиры смешались в единой толпе, бесстыдно разглядывая обнаженные тела, что грациозно вьются на тонких лентах, свисающих с высокого полка.

​Делаю несколько робких шагов на балкон и через прорези маски оглядываю присутствующих. Драгоценные оттенки юбок и фраков сливаются в пестрое море на фоне сияющего белого мрамора. Причудливые маски скрывают лица, мешая отличить хищника от добычи. Фантастические парики дополняют иллюзию: одни напудрены и взбиты, точно сливки, другие ниспадают до самого пола радужными локонами. Не удивилась бы, появись на этом празднике настоящий единорог. Это место — обоюдоострый клинок. На одной его стороне — сновидение, на другой — кошмар.

​Что же ждет меня сегодня?

​Руки непроизвольно дергаются: с трудом подавляю желание выхватить кол и начать истреблять их всех.

​— Рано или поздно тебе придется спуститься, — Селеста толкает меня в бок и на её губах мелькает ухмылка.

​— Это безумие. — Глазами ищу знакомые лица в толпе.

​— Именно поэтому его прозвали Городом Грёз. После ритуала связи так будет каждую ночь. Ты здесь почти почетная гостья — Избранная. Так иди и веди себя так, будто рождена для этого.

​Она мягко подталкивает меня за талию к лестнице. Платье вдруг кажется неподъемным, словно сшитым из свинца, а не из тюля и дымки. Смогу ли я притвориться хотя бы сегодня? Смогу ли смешаться с врагами и выведать то, что поможет освободить людей и спланировать побег?

​Бросаю последний взгляд на пиршество с высоты и замечаю стол с пирамидами шампанского. Намечаю в голове маршрут и, сделав глубокий вдох, начинаю спускаться.

​Оркестр берет новый аккорд, заиграв медленнее. Мелодия странным образом напоминает ту колыбельную, что слышалась у входа в шатер. На этот раз я совсем не борюсь с волной спокойствия, окутавшей чувства. Позволяю музыке и магии, которую та рождает, утопить страхи в глубинах разума. Чтобы вывести это место на чистую воду, нужно стать частью их мира. Его мира.

​Узы завязались в тугой узел, сменив щемящую пустоту покалывающим предвкушением.

Он здесь. Но где?

​Я пробираюсь сквозь толпу, игнорируя любопытные взгляды танцующих. Нужно успеть раздобыть бокал шампанского, пока храбрость не изменила мне. На полпути дорогу преграждает багровоглазый незнакомец в деревянной маске слона.

​— Даниэлла, позволите ли украсть ваш первый танец?