Я: Она явно такая же упрямая, как и ты, раз наотрез отказывается вылезать

Сестра: Ой, подожди, Финн собирается трахнуть меня еще разок, чтобы проверить, не...

Я гашу экран, но через секунду он снова вспыхивает.

Сестра:Ржу... люблю тебя 😘

Я возвращаю мобильник на стол, поднимаюсь и заглядываю за спинку дивана.

Сейчас в Хедли нет ни капли ангельского, но я бы все отдал, лишь бы она стала моей. Спит в точности как Таннер: раскинув ноги и закинув руки за голову.

И что страшного, если я разбужу ее поцелуем?

Да все, придурок. Она не твоя. Разве что по документам.

Я возвращаюсь к столу и снова хватаю телефон, набирая новое сообщение.

Я: Встретимся на крыше?

Деккер: Без проблем. Есть для тебя зацепка

Достав из холодильника пиво, я тихонько выскальзываю из квартиры и поднимаюсь по лестнице в бар на крыше, откуда открывается вид на «Уэббер-филд». Раз сегодня не день матча, здесь совершенно безлюдно.

Едва я успеваю занять место на последнем ряду трибун, как появляется Деккер с бутылкой.

Он падает в кресло через одно от меня, закидывая лодыжку на колено.

— Как сам?

— Что за зацепка? — делаю я приличный глоток пива.

— В ту ночь с нами тусил один мой приятель, а эта девчонка – его коллега, — поясняет Деккер, протягивая клочок бумаги. — Вот ее имя и номер телефона.

Я всматриваюсь в неразборчивые каракули.

Лайла Мерсер... имя вообще ни о чем не говорит.

— Спасибо. Не спрашивал, она случайно не беременна?

Деккер мотает головой.

— Не был уверен, что нужна огласка того факта, что ты разыскиваешь мать Таннера. Решил, пусть уж лучше думает, будто тебе захотелось продолжения банкета.

— Разумно, спасибо, — киваю я в знак признательности.

— Насчет остальных обещать не буду, но хотя бы один вариант уже есть.

— Чувствую себя мудаком, понимаешь? — меня аж передергивает. — Ну серьезно, кто не помнит тех, с кем переспал?

Отвратительное ощущение, а необходимость обсуждать это с Хедли делает все только хуже. Хотя в реальности она прекрасно понимала, на что идет. Знала, что я за фрукт. И все равно поднимать эту тему перед другими чертовски неловко. Мать бы сквозь землю провалилась от стыда.

— Ист, дружище, ты ни в чем не виноват, — отзывается он. — Никому не изменял. Никого не обманывал. Девчонки прыгали к тебе в постель добровольно. И, если честно, не твоя это забота – пытаться вычислить ее личность.

— Я просто...

— Дело в Хедли? — приятель делает глубокий глоток пива.

— А при чем тут она? — бросаю я на Деккера взгляд.

Тот лишь склоняет голову.

— Мы же не идиоты.

— Нам приходится играть на публику, — хмурюсь я в ответ.

— Сомневаюсь, что для этого обязательно сосаться через защитную сетку.

Я даже не нахожу, что ответить. А ведь он прав.

— Думаю, между нами зашкаливает сексуальное напряжение. К тому же, Золотой, сам понимаешь... Даже не вспомню, когда в последний раз у меня был столь долгий перерыв.

Деккер сокрушенно качает головой. Пусть я и не каждый вечер увозил из бара очередную девчонку, но во время совместных вылазок счет всегда был с огромным отрывом в мою пользу.

— Может, в этом все и дело, — роняет он, устремив взгляд на раскинувшийся пустой стадион.

— Что ты хочешь сказать?

Он поворачивается ко мне лицом и ставит бутылку пива у ног.

— Послушай... ты сам себя в это втянул. Согласился целый год прожить в браке с девушкой, которая параллельно работает няней. Нельзя все просрать и пойти дальше, Ист. У тебя теперь сын, и он все сильнее привязывается к Хедли, особенно в разгар сезона, когда они постоянно вместе.

— И Хедли прекрасно с ним ладит.

— Тут не поспоришь, — он примирительно поднимает ладони. — Мы-то вообще думали, что вы растеряетесь и будете тыкаться как слепые котята, — я открываю рот, но Деккер продолжает: — Но все сложилось иначе. Знаю, не мне тебя учить – у нас с Пенелопой тоже все закрутилось стремительно. Но я-то любил ее с самого детства, а ты два года просто крутил роман с Хедли, даже не задумываясь о чем-то серьезном, — стоит снова открыть рот, как он опять меня перебивает: — Просто убедись, что любые твои действия продиктованыправильными мотивами – ради общего блага, но прежде всего ради Таннера.

Я шумно выдыхаю и перевожу взгляд на идеально подстриженный газон. Пожалуй, лишь а поле, у меня никогда не возникает сомнений. Я действую нстинктаивно и благодаря многолетним тренировкам, ни на секунду не колеблясь. И главное: совершив промах, умею с легкостью вычеркнуть его из памяти и двигаться дальше. Но с Таннером или Хедли такой номер не пройдет.

В сделке на ее долю выпадает куда больше трудностей. На мне брак отражается минимально: нельзя спать с другими, да еще приходится лгать семье. У нее же и график, и вся жизнь полностью перевернулись. Фактически, именно Хедли тащит все на себе.