Она была благоразумнее и просто отложила блокнот.

— Ты никогда не рассказывал, откуда они.

— Ты никогда не спрашивала.

— Спрашиваю сейчас.

— Нет, Иден. — Я сел напротив нее, потягивая руки за спиной. — Вопрос должен звучать так: «Торин, откуда у тебя эти шрамы?».

Прищурившись и поджав губы, она протянула руку. Кончик ее пальца замер над самым крупным.

— Торин, откуда у тебя этот шрам?

— Рад, что ты спросила, Иден. Я получил его, когда генерал джал’заров полоснул меня когтем на хвосте, пытаясь захватить Землю.

— Они хотели захватить Землю? Зачем?

— Земля богата биоматериалом, необходимым для создания нанитов на основе ДНК. — Я протянул ей руку, позволяя небольшому участку черной нано-брони проступить на коже. — У них широкое применение в целительстве, но это также важная военная технология.

Она схватила мою руку, и от неожиданного удовольствия мои наниты отступили.

— Куда она делась?

— Они часть моей ДНК, — сказал я, переплетая свои пальцы с ее. Я заставил броню снова проступить, чтобы она почувствовала кожей грубые чешуйки. — Мы обещали лидерам Земли, что будем отбивать атаки джал’заров в обмен на тысячу женщин за каждый солнечный цикл. Все они должны были быть из бедных слоев, чтобы переход дался им легче. Мы не увидели ни одной из них.

— Хм, — только и сказала она, а затем быстро сменила тему, вырвав свои пальцы. Ей, должно быть, было чертовски трудно видеть во мне кого-то, кроме захватчика. — Так почему ты справляешься с гравитацией Култума так легко, а я, наверное, даже стоять бы там не смогла?

— Эволюция. У нас выше плотность костей и есть два дополнительных позвонка.

— А твои глаза? Клянусь, каждое утро, когда ты встаешь, они выглядят менее яркими.

— Это из-за залежей минералов в грунтовых водах на Култуме. Чисто внешнее влияние среды. Мы не знаем, насколько сильно они поблекнут здесь.

Она постучала носком по краю мата.

— Можно мне теперь на него?

Я кивнул. Она ступила на мат, и на ее лице тут же отразилось напряжение от легкого усиления тяжести.

Иден подошла к перекладине и подпрыгнула. Обхватив металл, она с приличным усилием подтянулась.

— Не порви мышцу, — ухмыльнулся я.

— Шутишь? Отец водил меня на площадку каждую субботу, когда был не на задании. Я только во втором классе поняла, что это была не площадка, а гребаное поле для физподготовки. — Скрестив лодыжки, она начала делать подтягивания. — Прибавь-ка жару, а?

Я настроил гравитацию на постепенное повышение и подошел к ней. Ее техника была почти идеальной, а сила, пожалуй, выше средней для женщины.

— Это и есть гравитация Култума, да? — Ее движения замедлились, руки начали заметно дрожать.

— Далеко не она.

— Выключай!

Я подхватил ее за бедра и деактивировал систему, позволяя ей соскользнуть вниз вдоль моего тела. Мы уже спаривались утром, но мой член проигнорировал этот факт, противясь даже самым высоким настройкам гравитации.

— Расскажи мне еще что-нибудь о своем детстве, — попросил я, крепко прижимая ее к своему мокрому телу.

— Мы много переезжали, — ответила она, пытаясь, как всегда, вырваться. — Поверь, приходить в класс посреди учебного года — то еще удовольствие. Быть новенькой тяжело.

— Поэтому ты всегда ведешь себя так воинственно? — Я коснулся губами уголка ее рта. — Со мной ты можешь иногда быть слабой. Я здесь, чтобы заботиться о тебе.

— Я похожа на ту, кому нужна забота?

— Упрямая леска, — прорычал я, запуская пальцы в ее мягкие волосы. — Дай мне поцеловать тебя.

— Мы это обсуждали, — раздраженно бросила она.

— Ты ведь целовала земных мужчин?

— Да.

— Тогда почему не меня? Я делаю что-то не так?

— Твои поцелуи… слишком… деревянные, — выдавила она, наконец вырвавшись из моих объятий. — Но даже если бы это было не так, у нас только секс. И все. Просто секс.

— И ты никогда не целовала мужчину, с которым у тебя был «просто секс»?

Редко что-то могло заставить Иден замолчать, но после моего вопроса ее рот замер в идеальном овале. Она уставилась на меня, пытаясь подобрать слова, а затем откашлялась.

— Это не входит в нашу сделку.

— Значит, мы пересмотрим условия.

— Фу, теперь я вся в твоем поту.

Я отступил и взял футболку с тренажера, вытирая пот вместе с горечью ее отказа.

— Почему ты до сих пор не беременна? В твоем профиле сказано, что ты здорова и очень плодовита.

Мой голос прозвучал резче, чем я хотел. Почему я так жаждал ее поцелуя? Почему хотел спариваться с ней часами, не извергая семя? Зачем я подставлялся под ее отказы?

— Наверное, тебе не сказали, что женщине могут потребоваться месяцы, чтобы забеременеть. Даже здоровой. И я понятия не имею, что значит «очень плодовита».

— Твой организм часто выпускает две яйцеклетки вместо одной, — пояснил я. — Это указано…