— Во-первых, меня слегка оскорбляет, что вы считаете, будто я не способен ее защитить. — В ответ на мои слова Селин закатывает глаза, однако я продолжаю. — Во-вторых, разве это не идеально? Вряд ли они подумают, что она останется так близко к месту преступления. А если они вернутся, мы сможем поймать их с поличным. В-третьих, да как вы смеете? Я вполне способен позаботиться о Селин. — Его замечание задевает меня за живое, и я не могу не защищаться.

— Селин… — Капитан Тортилья Чип раздраженно вздыхает, обращаясь к ней. — Решать тебе. Независимо от твоего решения, мы можем на всякий случай выставить охрану.

Селин закусывает губу, и по ее решительному взгляду я понимаю, что она согласится со мной.

— Все в порядке. Я останусь у Завьера.

— Клянусь, я не дам тебя в обиду, Селин. Уверен, капитан во всем разберется. — Я прижимаюсь к ней, отчего она застывает столбом, что мне не нравится. На свидании она начинала раскрываться рядом со мной, но этот взлом снова заставил ее закрыться.

— Ладно, — он настороженно смотрит на нас. — Возьми пару выходных, Бреннан.

— Капитан… — Селин начинает возражать, но замолкает, когда он поднимает руку.

— Взлом в собственный дом любого выбьет из колеи. У тебя не было времени прийти в себя, и я хочу, чтобы ты отдохнула. Хорошо? — Он умоляюще смотрит на нее, а я успокаивающе провожу рукой по ее спине. — Никто не будет думать о тебе хуже, и мы со всем разберемся.

Селин неохотно кивает, а я мысленно готов пуститься в пляс от мысли, что у нас будет больше времени наедине.

Толпа офицеров постепенно покидает ее квартиру, кое-как прикрывая дверь насколько это возможно со сломанным замком. Они оставляют нам сигнальную ленту, чтобы мы натянули ее после того, как перенесем Миднайта и вещи Селин ко мне. На это уходит не больше двух ходок.

— Все взяла? — Я подхватываю Миднайта и переворачиваю его на спину, как младенца. Она смотрит с таким выражением, будто ждет, что кот сейчас раздерет мне руки за такую вольность, но тот лишь довольно мурлычет.

Мы с ним лучшие друзья.

— Ага. — Она в последний раз бросает беглый взгляд на свою гостиную и закрывает дверь. Быстро натянув сигнальную ленту, Селин тяжело бредет к моей квартире. Мне больно смотреть на ее печально поникшие плечи.

Едва мы оказываемся в гостиной, Миднайт выпрыгивает у меня из рук и устраивается поудобнее на диване. Надеюсь, Селин сможет освоиться так же легко, как он.

— Я посплю на диване, — вдруг заявляет она, и мне приходится изо всех сил сдерживаться, чтобы не схватиться за сердце, как средневековый ребенок, умирающий от чумы.

— Черта с два. — возражаю я.

— Прошу прощения? — Она тихо смеется и скрещивает руки на груди, явно готовясь спорить. Она и не подозревает, что я упрямый вампир и никогда не позволю своей паре спать на чем-то, кроме проверенной лично мной кровати.

— Я не позволю тебе спать на диване, Селин. Ты моя гостья.

Быстрее, чем она успевает проследить, я хватаю одеяло и подушку, которые она только что положила на диван, и переношу их на свою постель. Вампиры не нуждаются в долгом сне, так что моя кровать королевского размера почти всегда пустует. Идеально заправленное черное одеяло готово к тому, чтобы она под него нырнула. Взбив подушки, я отступаю на шаг, любуясь результатом.

— Я не собираюсь с тобой спать. Одно свидание — еще не повод для тесных объятий.

— Оу, но я ведь могу быть тем, кого будут обнимать. — Я обиженно надуваю губы, и она бьет меня по плечу. — Шучу. Я займу диван. — Схватив подушку и флисовое одеяло со стула в углу комнаты, я устраиваюсь на диване.

— Мне неловко выгонять тебя из твоей же кровати. — Она неловко мнется в дверном проеме спальни, сжимая одеяло кончиками пальцев.

Даже посреди хаоса, после спешных сборов, с мокрыми от дождя волосами, размазанной косметикой и покрасневшими от непролитых слез глазами, она все равно самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел.

— Завьер. — Щелчок пальцев выводит меня из мечтаний. Селин быстро-быстро постукивает ногой по паркету и с раздражением вздыхает. — Ты меня вообще слушаешь?

— Ты хочешь выйти за меня замуж и родить мне детей? Отличный план. Мне нравится.

Ее щеки вспыхивают, и она швыряет в меня подушкой.

— Заткнись. Знаешь что? Мне все равно, что я отбираю у тебя кровать. — Волосы рассыпаются по ее плечам, когда она резко поворачивается и закрывает за собой дверь.

Я фыркаю от мысли, что она считает, будто хлипкий кусок дерева убережет ее от меня.

— Мяу. — Недовольный звук позади меня говорит о том, что Миднайт обустраивается на моей импровизированной постели. Пекарня официально открыта, и он усердно замешивает тесто лапками.

— Чувствуй себя как дома, дружище. Ни ты, ни твоя хозяйка отсюда уже никуда не денетесь. — Звучит зловеще, но будь я проклят, если позволю ей снова ускользнуть от меня.

Глава девятнадцатая

По виску струится пот, пока я колочу по тяжелой груше. В зале царит тишина, изредка нарушаемая ворчанием других боксеров. Я хожу в «Виталити» столько, сколько себя помню. Это чисто женский зал в центре города, которым руководит бывшая боец ММА. Мне нравится чувствовать здешнюю безопасную и дружелюбную атмосферу.