Отчаяние сочится из каждого слова, и я пытаюсь думать о чем угодно, кроме совершенства, стоящего передо мной. Страх всегда был в неспособности удовлетворить ее, потому что у меня не вставал, а не потому, что я двухсекундный скорострел. Никогда не представлял, что секс с идеальной женщиной будет иметь недостаток.

Эмоциональная связь.

Так ли это? Поэтому эрекция с ней возникает легко? Поэтому я кончаю с постыдной скоростью? Поэтому смотрю в ее пронзительные глаза и задаюсь вопросом, каково это – возвращаться к ней домой после долгого дня?

— Блядь, я так близко, — она перехватывает хватку на перилах. Ее руки начинают дрожать, и я не думаю, что она сможет долго держаться.

Выхожу из нее и падаю в одно из кресел без подлокотников.

— Оседлай меня, — требую я.

Фрэнки садится на меня верхом и откидывается назад, чтобы я мог снова войти в нее. Мы вместе стонем, когда я погружаюсь в ее жар. Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, бедра начинают двигаться. Теплое дыхание вырывается из нее каждый раз, когда я достигаю предела.

Мои руки скользят к ее заднице, сжимаю ягодицы и поощряю ее оседлать меня сильнее и быстрее. Она подчиняется, бедра начинают двигаться рывками, а не плавно. Всхлипы переходят в крики удовольствия, когда ее тело дрожит. Хватка на моих плечах крепнет, сжимая кожу, пока мне не кажется, будто Фрэнки вырвет мышцы прямо из костей. Боль сливается с отчаянными звуками, когда она кончает на моем члене, сжимая и вытягивая сперму из яиц. Я издаю стон, наполняя ее, не в силах сдерживаться больше ни секунды.

Нежные аплодисменты разрезают наш послергазменный туман, и мы поворачиваемся на звук. Очевидно, балконная дверь не означала, что сосед ушел. Он пришел посмотреть.

Фрэнки закрывает лицо и стонет, когда к аплодисментам присоединяются еще одна пара рук, и мне тоже становится неловко. Становится только хуже, когда мы пытаемся уйти тихо. Фрэнки слезает с моих колен, ножки кресла скребут по полу, звук такой, будто мы только что пукнули. Хихиканье раздается со всех сторон.

— Это был не пердеж! — кричу я. — Это кресло!

— Или воздух из киски, — хихикает мужчина поблизости.

Пытаюсь воспроизвести звук, но, конечно, на этот раз кресло отказывается сотрудничать.

— Давай просто ускользнем, — говорит Фрэнки, глядя на кресло. — На этот раз тихо.

Мы спешим обратно в каюту зализывать раны. Я думал, что небольшой эксгибиционизм будет забавен, но, возможно, это один из фетишей, который можно вычеркнуть из списка. Чувство, кажется, взаимно. На горящих щеках Фрэнки можно яйцо пожарить.

Фрэнки ковыляет в ванную, чтобы привести себя в порядок, пока натягиваю боксеры и падаю на кровать. Она накидывает мешковатую футболку и спортивные штаны, прежде чем присоединиться ко мне. Ее тело прижимается к моему, как недостающий кусочек пазла, когда я обнимаю ее за плечо и целую в макушку.

— Ты была потрясающей, — шепчу в ее мягкие волосы.

— Нашим зрителям, кажется, мы оба показались довольно потрясающими, — говорит она со смехом. — Не могу поверить, что сделала это.

Она открывает рот в самом очаровательном зевке, и я обнимаю ее немного крепче. Не могу сдержаться. Даже несмотря на то, что Фрэнки практически лежит на мне, мне кажется, что мы недостаточно близки. Это такое незнакомое чувство, но я хочу, чтобы оно стало привычным. Мне нужно больше таких маленьких моментов покоя с красивой женщиной в моих руках. Но не с любой красивой женщиной.

Это должна быть именно Фрэнки.

Но, кажется, нам не суждено быть вместе.

Даю Фрэнки поспать несколько часов, пока держу ее в объятиях, но не свожу глаз с часов, пока она ...

Даю Фрэнки поспать несколько часов, пока держу ее в объятиях, но не свожу глаз с часов, пока она похрапывает у меня на руках. Часть меня хочет быть эгоистом и оставить ее в комнате, только для себя, но она действительно настроена провести день с девчонками, поэтому слегка подталкиваю ее. Голова Фрэнки приподнимается, и длинная ниточка слюны соединяет мою голую грудь с ее губами.

— Черт, я уснула? Который час? — она садится и оглядывается, прижав руку к голове.

Улыбаюсь и глажу ее по плечу.

— Ты ничего не пропустила. Я разбудил тебя вовремя.

— Спасибо. Видимо, мне был нужен этот сон, — подняв руки над головой, она потягивается со стоном, затем встает с кровати и направляется к шкафу, где начинает рыться в своей сумке. — Ты идешь?

Фрэнки вытаскивает из темноты скудное серебристое бикини, и у меня текут слюнки.

— Ага, я определенно могу присоединиться, — говорю, вскакивая на ноги. Я не пропущу ни секунды Фрэнки в этих крошечных лоскутках ткани.

Набрасываю плавки и иду к раковине в ванной. Как раз когда начинаю чистить зубы, кто-то стучит в дверь. Я собираюсь открыть, но Фрэнки отмахивается.

— Я открою, — говорит она. — Наверное, кто-то из девчонок.

Кивнув, возвращаюсь к раковине. Дверь со скрипом открывается секундой позже, но вместо приветствия слышу, как Фрэнки ахает.

— Кинг? — кричит она. — Какого хрена ты здесь делаешь?