— До «интересного места» как раз не добралась.

— И вышла сюда, потому что собиралась оседлать диван?

Я возмущенно фыркаю и испепеляю его взглядом.

— Что, прости?

Он лишь пожимает плечами.

— Ну, это же твой любимый предмет мебели в квартире. Логичное предположение.

— Вовсе нет. Я искала батарейки. Что это за мужчина, у которого их нет?

Он усмехается и, не сводя с меня глаз, подходит к холодильнику, достает бутылку воды и откручивает крышку.

— Тот, кто не привык полагаться на игрушки.

— Печально.

— Кулак отлично справляется.

— Везет же. Мужчинам все дается просто.

Я все еще подпираю дверной косяк спальни, потому что до смерти боюсь наделать глупостей – мы сейчас на самой опасной территории. Я возбуждена, а он стоит прямо передо мной: чертовски горячий плохой парень с татуировками, которые так и тянет облизать, да еще и после того, как Фостер вытянул сегодняшнюю игру и принес «Кольтс» победу.

— Ну, не скажи. В клиторе нервных окончаний вдвое больше, чем в члене.

Из меня вырывается нервный смешок.

— О, смотрю, ты занялся теорией?

Черт, а ведь это заводит. То, что после нашего разговора Фостер не на шутку озаботился женским оргазмом и даже решил восполнить пробелы в знаниях.

— Если ты хоть немного меня знаешь, то должна понимать: я не терплю посредственности. Ни в чем.

— Никто и не говорил, что ты посредственный.

— Я не довел тебя до оргазма. А это, вообще-то, хуже любой посредственности, — прихватив воду, Фостер направляется к себе. — Не забывай: предложение в силе. И, судя по всему, сегодня тебе не помешала бы разрядка, — он бросает на меня лукавый взгляд через плечо.

Я сверлю его взглядом.

— Не вздумай со мной играть.

Он оборачивается, ставит воду на комод и упирается руками в верхнюю часть дверного проема, потягиваясь всем телом.

— Я и не играю. Вибрировать, может, и не умею, но в твоем распоряжении пальцы, язык и член. Пользуйся в свое удовольствие.

Я пялюсь на Фостера, пытаясь унять вопли собственного возбуждения, и гадаю, какого черта еще не в его объятиях.

— Не стоит, — даже я слышу, что в голосе нет ни капли уверенности.

— Келли, это просто способ удовлетворить потребности. И, если честно, я бы не отказался отпраздновать победу.

Я прикусываю губу, отчаянно желая принять предложение.

Снова жму на кнопку вибратора, но тот не оживает. Магии не случилось. А значит, вариант отпадает.

Обжигающий взгляд Фостера скользит по моей фигуре, и остатки сопротивления разлетаются вдребезги, точно стекло.

— Только один раз, — швыряю бесполезную игрушку на кровать и шагаю к его спальне. — Один раз – и все.

Ну да, Келли, конечно.

Его руки соскальзывают с косяка, и, стоит подойти к двери, Фостер резким движением меня подхватывает. Я обхватываю его шею, губы сталкиваются, языки сплетаются в жадном поцелуе, и я до боли сжимаю пальцы в его волосах.

Черт, и какого лешего мы так долго тянули?

Он возбужден, да я и сама уже на грани, так что на этот раз точно кончу, даже если Фостер не станет церемониться.

Мы заходим на опасную глубину, но мне плевать. Со всем остальным разберемся потом.

Глава 35

Глава 35

Келли

Его губы не отрываются от моих, язык продолжает исследовать рот. Жажда Фостера по отношению ко мне – самое возбуждающее, что я когда-либо испытывала.

Я издаю какой-то незнакомый звук и хватаюсь за его футболку обеими руками, притягивая к себе так, будто боюсь, что он передумает, если между нами останется хоть миллиметр. На вкус он как мята, и в сочетании с ароматом лосьона после бритья заставляет меня из последних сил сдерживаться, чтобы не начать тереться об него, как кошка.

Это в сто раз лучше, чем в фантазиях. Он и правда классно целуется, даже лучше, чем запомнилось с той ночи.

— Скажи мне остановиться, — хрипло произносит он прямо в губы. Это звучит как отчаянная мольба, словно мой отказ избавит его от мучений.

И стоило бы, но мне плевать, поэтому трусь о бугорок на его джинсах.

— Даже не думай, — шепчу я, и Фостер снова впивается в мои губы.

Я мягко ударяюсь спиной о стену, и он вжимается в меня всем телом. Тяжесть крепкой фигуры, навалившейся на меня, отзывается в каждой клеточке существа.

Вот почему его отъезд с командой казался настоящим спасением. Будь Фостер здесь, будь я вынуждена каждый день жить с ним под одной крышей и смотреть, как расхаживает по кухне, не подозревая, что со мной творит, сорвалась бы гораздо раньше.

Впрочем, теперь это уже неважно. Мы зашли так далеко за черту, что ее даже на горизонте не видно.

Фостер покрывает поцелуями мою челюсть, затем спускается к шее. Я запрокидываю голову, зарываясь пальцами в его волосы. Он выдыхает мое имя так, будто держится из последних сил.

Добро пожаловать в клуб.