Мне даже нравится, как непринужденно она рассуждает о Келли – словно мы знаем ее одинаково хорошо, хотя, судя по всему, Лекс знакома с ней куда ближе.

— Что ж, благородно вот так взять и выручить незнакомого человека исключительно по доброте душевной.

— Я хоть и лесбиянка, а Келли – та еще штучка, но вписалась не потому, что мечтаю затащить ее в постель.

— И на что тогда надеяться мне?

— Это уж смотря чего хочешь, Фостер Дэвис. Хочешь залезть к ней в трусы?

Хочу. Еще как, Лекс. До безумия хочу оказаться в ее постели.

Я мешкаю, хотя и сам не пойму почему. Она остра на язык, но я-то привык к раздевалкам, тренерским скамейкам и тому дерьму, которым перебрасываются мужики в компании. Может, дело в том, что Лекс рубит правду-матку прямо при Келли, а может – и это вернее – просто не знаю, что делать с чувствами. Она меня заводит, это да, но и как человек нравится, что, в общем-то, логично. Она ведь вылитый Хейс, только без члена.

Господи. И откуда только взялась эта мысль?

Лекс сжимает мое плечо.

— Вот тебе совет: продолжай приходить.

— Куда приходить? — перебивает Келли, и я поворачиваюсь к ней.

Наш разговор ее явно заинтересовал. Марен рядом уже нет. Я замечаю ее чуть дальше по тротуару, беседующую с женщиной с коляской. Видимо, няней.

— На питчерскую горку, глупышка. Давала Фостеру непрошеные советы.

Келли бросает на меня виноватый взгляд.

Пугает, как легко Лекс меня раскусила. Неужели один косячник чует другого за версту?

— А вот и она, — говорит Марен, держа Брилин на руках.

Келли оборачивается и восторженно воркует:

— Ой, какая прелесть!

— Хочешь подержать? — Марен протягивает дочь Келли.

— Конечно, — та берет Брилин, удобно устраивает у себя на бедре и улыбается малышке.

Черт, а ведь до дрожи нравится мысль о Келли, качающей ребенка. Эта картинка – жизнь, о которой я и мечтать не смел. Да чего уж там, я и не думал, что она когда-нибудь светит.

— Привет, егоза, — Келли слегка пританцовывает, придерживая Брилин. Расхаживает туда-сюда и выглядит при этом так естественно, будто занималась этим всю жизнь.

— А ты, Фостер? — Марен переводит взгляд на меня, а затем обращается к Келли: — Он вечно отказывается.

— Когда видел ее в прошлый раз, она даже голову не держала. Не хочу брать на себя ответственность, если голова вдруг отвалится.

Женщины дружно хохочут. Брилин слегка хнычет, и Марен ласково проводит ладонью по пушистым светлым волосикам дочери.

— Все хорошо. Келли – человек надежный.

— По-моему, она хочет к маме, — Келли наклоняется к Марен.

Марен забирает малышку, но, прежде чем пристроить поудобнее, протягивает Брилин мне.

— Уверен, Фостер?

Я поднимаю обе ладони.

— Я пас.

Они снова смеются, и Марен прижимает дочь к себе.

Я смотрю на Келли. Она не сводит глаз с Брилин, и мелькнувшая в глазах тень грусти почему-то режет по живому.

— Ну, мне пора. Рада была познакомиться, Марен, — Лекс дружелюбно машет на прощание.

— Взаимно, Лекс. Надеюсь, ракурсы мне понравятся, — Марен улыбается, а я явно пропустил начало этого разговора.

— Только самые удачные, — Лекс кладет руку на плечо Келли. — Увидимся завтра? Займемся отбором снимков?

— Ой, вообще-то... — Келли мельком глядит на меня. — Я совсем забыла о делах, так что наберу. А послезавтра у парней матч. М-м... давай через два дня, ладно?

— Я тебя прощу, если достанешь билет на игру, — Лекс переводит выжидающий взгляд на меня.

— Могу организовать парочку. Оставлю в кассе на твое имя.

Лекс изумленно приоткрывает рот и косится на Келли.

— Гляди-ка, как все просто. А она-то скрывала такие связи!

— Ну, в ее оправдание... Хейсу приходится обеспечивать билетами целую армию, тогда как у меня... — я умолкаю. До чего же жалко осознавать, что звать некого.

— Спасибо, — Лекс, кажется, понимает, что нужно уйти от разговора, чтобы не развивать тему. Клянусь, она теперь мой лучший друг. — Осталось придумать, на кого произвести впечатление такими крутыми билетами на «Кольтс», — она вопросительно косится на меня, и я кивком подтверждаю: места будут что надо. — Все, больше не верю ни единому слову из того, что о тебе болтают, — смеясь, она удаляется по тротуару.

— Мне тоже пора, — Марен оборачивается к няне, ожидающей неподалеку.

Келли еще раз благодарит ее за участие в шоу.

— Будем на связи.

Женщины прощаются, затем Марен подходит ко мне и коротко приобнимает одной рукой.

— Обещаю, она не заразная, — смеется Марен, и Келли подхватывает смех с явной задержкой. — Но чур меня не винить, когда сделаешь кому-нибудь ребенка.

Она снова заливается смехом. Келли выглядит так, будто вот-вот поперхнется, но выдавливает из себя вежливый смешок.

— Передай мужу, пусть залатает дырку в перчатке.

Марен шутливо хмурится.

— А он велел передать, чтобы ты налег на штангу, а то скорость подачи курам на смех.