У Скай нет ничего необычного. Одежда, дождевик и другие мелочи, необходимые для однодневного похода.

У Патрика все для ориентирования. Компас, бумажная карта маршрутов, перекусы вроде ореховой смеси и вяленой говядины. Бутылка с водой. А на самом дне, завернутый в футболку, лежит еще один телефон.

— У него был отдельный рабочий телефон? — спрашивает Келли.

Телефоны, которые полиция разложила по боковым карманам рюкзаков, мы уже достали.

Я хмурюсь.

— Не думаю, но все может быть.

— Мне кажется, тебе бы об этом сказали или спросили, когда забирали его компьютер.

Она права. Коллеги Патрика приходили вскоре после его смерти и забрали ноутбук, а также все остальное рабочее оборудование, связанное с безопасностью.

— Что ж, давай зарядим, — Келли протягивает руку, берет зарядку, лежавшую у кровати Скай, и подключает ее.

— А теперь вынесем все барахло до того, как дети вернутся после ужина, — я беру один из пакетов.

Келли была права: с Хейсом перетаскать мешки в гараж было бы куда проще, но мы справляемся и сами.

Мы заказываем ужин, и когда его привозят, садимся есть, и я ловлю Келли на том, что она проверяет счет в игре «Кольтс», когда думает, что я не смотрю. Их нет неделю, и не будет еще столько же.

— Ну и как дела? — спрашиваю я.

— Что? — она поспешно прячет телефон в задний карман.

Я склоняю голову.

— Да брось.

— Он играет просто отвратительно. Не может ни на чем сосредоточиться, — она улыбается, но слишком широко и наигранно.

— Келли.

— Ладно, вообще-то играет просто отлично. Вчера выбил хоум-ран и принес команде победное очко, а сегодня отбил две из трех, — она отмахивается. — Но по ночам наверняка плачет в подушку.

Или находит кого-то, кто согреет постель в отеле.

Нет. Это все старые шаблоны мышления. Я знаю, Хейс бы так не поступил. Только не сейчас.

— Я рада за него.

— Ну да, конечно, — с непроницаемым лицом отзывается она.

— Я правда рада. Хочу, чтобы он добился того успеха на поле, о котором мечтает. Честно.

Она похлопывает меня по руке.

— Знаешь, из-за чего я расстроена?

— Из-за чего? — я наматываю лапшу ло мейн на вилку.

— Я так и не увидела вас вместе. Бьюсь об заклад, это было потрясающее зрелище.

Я улыбаюсь, потому что это и правда было потрясающе. Самые счастливые моменты в моей жизни.

Когда Келли уходит, а дети еще не вернулись, я снова иду в комнату Скай и Патрика. Собираюсь закрыть за собой дверь, но потом решаю, что стоит обсудить с детьми, чтобы отныне она оставалась открытой.

Я замечаю, что экран второго телефона Патрика светится, а сам он вибрирует, подпрыгивая на тумбочке.

Беру его и провожу большим пальцем по экрану, принимая вызов.

— Алло?

— Патрик там? — раздается глубокий мужской голос.

— Кто это?

— Скай? — спрашивает он.

Кто этот человек, и как вышло, что он до сих пор не знает, что Патрика и Скай больше нет в живых?

Глава 52

Хейс

Мы наконец вернулись с выездных матчей, и следующие две недели играем дома. Все было бы просто замечательно, если бы Лейтон и дети по-прежнему были частью моей жизни.

— Просто напейся, и все забудется, — советует Фостер.

— Позвать Руби, чтобы плеснула по стопке? — спрашивает Истон.

Эти двое спелись на почве моих проблем – сейчас у них на уме одно и то же.

— Мне не наливать, — отрезает Деккер.

— Ожидаемо, — Фостер поднимается, собираясь уйти, но замирает, когда дверь распахивается. — О, и снова здравствуй.

Келли выставляет ладонь перед самым лицом Фостера и проходит мимо. Тот тихо усмехается и выходит из комнаты.

Сестра направляется прямиком ко мне и садится рядом.

— Тебе пора бы уже голову из задницы вытащить.

Я сверлю ее тяжелым взглядом, потом беру пиво и утыкаюсь в телевизор.

— Я делаю ровно то, чего она хочет. Держусь к чертям подальше.

В подсобку заглядывает Руби.

— Разрисованный говорит, вы тут жаждете выпить?

— Нет, обойдемся, — отвечает за всех Деккер.

— Разрисованный? — переспрашивает Келли.

— Она так Фостера называет, — поясняет Истон.

— Это ж надо так себя татуировками изгваздать? — Руби брезгливо качает головой. — Да еще и на шее.

Истон смеется, а потом переключает внимание на мою сестру.

— Слушай, Келли, у меня сегодня все схвачено в «Сапфире». Пойдешь?

— Спросишь, когда я заставлю брата взяться за ум.

— И чего он такой бука? Только и делает в последнее время, что сидит и дуется, — Руби кивает в мою сторону. Уверен, сестра сейчас выложит все как на духу.

— Это все из-за девчонки. Он просто не привык, что в груди может стучать. Для него это в новинку, — Келли одаривает меня снисходительной улыбкой.

Я прищуриваюсь.

— Очень остроумно.