— Ну, началось, — стону я. — Ты относишься к нам, «Кольтс», как к нелюбимым пасынкам.

— Скорее, как к новорожденным. Вроде и милые, но орете слишком много, и вечно приходится подтирать за вами дерьмо.

Официантка ставит перед Джаггером блинчик в форме цветка.

— Прошу. Желаете что-нибудь еще?

— Нет, все отлично. Спасибо, Хайди, — Джаггер достает двадцатку и вкладывает ей в ладонь. — Передай Эрику спасибо. Малышка будет просто счастлива.

Она улыбается, поворачивается и, оставив счет рядом с моей тарелкой, уходит.

Джаггер достает телефон и делает снимок блинчика в форме цветка; его улыбка – такая широкая и искренняя – заставляет сердце болезненно сжаться. Он счастлив лишь потому, что знает: дочь будет в восторге. Порой я задаюсь вопросом, дорасту ли когда-нибудь до создания собственной семьи. Вся моя жизнь была подчинена одной финальной цели, но планка постоянно смещается. Когда же наконец почувствую, что могу получить от жизни все?

— Счет на тебе. Оплатишь из тех деньжищ по новому контракту, что я выбил, — Джаггер поливает сиропом «лепесток» и отправляет его в рот, делает еще одно фото, после чего, отхлебнув кофе, поднимается, готовый уходить. Человек-машина, не иначе.

— Ты с этого контракта процент получил, — пододвигаю счет к нему.

Джаггер подбирает листок, поправляет галстук и достает бумажник.

— Да брось, ты у меня не единственный клиент.

Я встаю и снимаю куртку со спинки стула.

— О чем не устаешь напоминать. Намылился к своим «золотым мальчикам»? — сдается мне, он самый преданный фанат «Чикаго Фэлконс».

Я следую за Джаггером к кассе и выуживаю из корзинки с бесплатными угощениями леденец с секретным вкусом.

— Спасибо, Вэл, увидимся, когда снова буду в городе, — бросает Джаггер женщине за кассой.

— Передавай малышам привет, скажи, что мы скучаем! — длинные ногти с безупречным маникюром так и мелькают в воздухе, пока она машет на прощание.

Я разворачиваю леденец и выхожу из блинной на улицы Чикаго.

— Тебе стоит застолбить столик в углу. Чтобы игроки сменяли друг друга конвейером, — останавливаюсь на тротуаре, стараясь не мешать прохожим.

— Визиты сюда помогают хоть как-то терпеть возню с вами, детсадовцами, — он засовывает бумажник во внутренний карман пиджака. — Мы немного отвлеклись, так что давай по существу: установим для тебя три правила.

В прошлом году я бы просто отмахнулся, поймал такси и довел Джаггера до белого каления, чтобы позже выслушивать на автоответчике поток угроз и требований. Но в этом году я другой. Поэтому прячу руки в карманы куртки и слушаю.

— Хороший мальчик, — одобряет он, заметив мои старания. Я даже не отпускаю саркастичную шуточку про верного пса. — Первое: никаких гулянок в ночь перед игрой.

Я закатываю глаза.

— Второе: чтобы тебя не видели с миллионом разных девиц.

— С миллионом? А я, оказывается, неплох, — усмехаюсь я.

— Ты понимаешь, о чем я. Попробуй найти девушку, сходи на пару спокойных свиданий, в кино там. Чтобы тебя подловили на фото, как держишь ее за руку. И упаси бог подцепишь в клубе.

— Мне сейчас вообще не до отношений, — отрезаю я.

— Ровно до того момента, как «Кольтс» начнет побеждать и тебя накроет куражом. Я видел это дерьмо почаще твоего. Когда прет по-настоящему, всегда дико тянет приударить за какой-нибудь юбкой. Так что в этом году постоянная девушка – твой лучший вариант. И третье... держись, мать твою, подальше от Фостера Дэвиса.

— Что? — я хмурюсь. Фостера делают крайним за мои прошлогодние закидоны, хотя он тут ни при чем: мысли витали где угодно, только не на бейсбольном поле. — Он мой лучший друг.

— И мой клиент, но для твоей репутации – яд. Вега его терпеть не может, так что если хочешь контракт в конце года, то через две недели, когда будете играть друг против друга, даже не вздумай куда-то соваться.

— Это уже перебор. Вега мне не папаша, чтобы указывать, с кем проводить время. Я взрослый человек.

Джаггер оглядывает тротуар. К счастью, сейчас середина недели, народу немного, и меня никто не узнал.

— Вот что бывает, когда пытаешься пустить карьеру под откос за один сезон. В следующем году мы, может, и ослабим вожжи, но в этом сиди тихо, паши как проклятый и не ищи приключений. «Золотая Перчатка2» в этом сезоне была бы чертовски кстати, просто напоминаю.

Я бросаю на Джаггера свирепый взгляд.

— Будто я не пытался взять ее каждый гребаный год.

Мне ее так ни разу и не дали. Еще один повод для бешенства.

Он делает шаг ко мне.