Она снова закатывает глаза. Как ни странно, даже в тридцать два года я все еще получаю какое-то извращенное удовольствие, доводя сестру.

— Только чур я первая.

Я делаю приглашающий жест рукой.

— Прошу, ты же у нас младшенькая.

Келли кряхтит, но не спорит, потому что хочет кое-что узнать не меньше моего.

— Сезон скоро начнется... у тебя в голове прояснилось?

— Ну да, — я потираю ладони. — Первый вопрос ты задала слишком легкий.

Она откидывается на спинку стула и скрещивает ноги.

— Твоя очередь, давай уже, — она машет рукой в пространстве между нами, и я усмехаюсь.

— Лейтон правда собирается взять это на себя?

Она кивает.

— И ты еще смеялся над моим вопросом, что он слишком легкий? Конечно, собирается. Это же Лейтон. Ты ее знаешь.

Раньше знал. Черт возьми, Лейтон даже ездила с нами в семейные отпуска. Невозможно проводить столько времени вместе и не узнать человека. Даже с учетом того, что после того случая с поцелуем мы держались на расстоянии, для меня не сюрприз, что она согласилась стать опекуном детей двоюродной сестры.

Я открываю рот, чтобы задать следующий вопрос.

— Не-а... моя очередь, — Келли прикладывает палец к губам. — Как дела с агентом?

— Слушай, давай я просто выложу все и сразу, потому что на фоне того дерьма, что творится внутри дома, это все кажется сущей мелочью. Весенние тренировочные сборы прошли отлично. Через пару дней встречаюсь с Джаггером. Кажется, Вега мной доволен и готов дать шанс начать все с чистого листа. В этом году я собираюсь рвать задницу на поле и выиграть «Золотую Перчатку», чтобы утереть нос всем, кто списывал меня со счетов. Конец истории. Да, в прошлом году я облажался...

— Да, но...

Я перебиваю ее, потому что, какими бы ни были обстоятельства, загулам нет оправдания.

— Моя очередь. Раз уж ты соизволила рассказать о смерти Скайлер только сегодня, я бы хотел услышать подробности.

Келли с шумом выдыхает.

— Прости, надо было сказать раньше, но не хотела грузить тебя. Честно говоря, я удивлена, что мама не сообщила. Она была бы здесь, если бы они с папой не уехали в Европу, — она улыбается, и я невольно отвечаю тем же. — А потом я увидела, как Лейтон все больше грустит и раздражается, и просто подумала...

— Лучше бы ты позвонила раньше. Черт, да я бы всю команду сюда притащил, лишь бы избавить Лейтон от гостей.

— Знаю, что притащил бы. Но все равно прости. Я просто... иногда вы двое так странно ведете себя друг с другом, вот я и подумала, что твое присутствие может только добавить стресса.

Черт. Сестра все-таки заметила, как тот поцелуй изменил отношения между мной и Лейтон. Удивительно, как Келли еще не спросила напрямую, в чем дело.

— Как погибли Скайлер и ее муж?

Она откидывается на спинку стула и вздыхает.

— Никто толком не знает деталей. Скай и Патрик уехали на север, в семейный домик Патрика, чтобы провести выходные вдвоем. Они пошли в поход, и непонятно, то ли кто-то сорвался первым, а второй попытался его спасти, то ли еще что, но обоих нашли на каменистом выступе. Подозревают несчастный случай при падении.

Твою мать, поехали провести время вместе и погибли? Пожалуй, вычеркну походы из списка идей для «возрождения искры в отношениях», когда решу жениться.

Я медленно выдыхаю.

— С ума сойти.

— И не говори. А потом приходит адвокат и заявляет, что они назначили Лейтон...

— И она ничего не знала заранее?

Удар за ударом. Жуть.

Келли качает головой.

— Уверена, они и подумать не могли, что может что-то случиться.

— Не хочу, чтобы прозвучало так, будто я в ней сомневаюсь, но для Лейтон это неподъемный груз.

И она возьмется за это только потому, что так хотела двоюродная сестра. Лейтон не из тех, кто подводит близких.

— Да, через пару дней пойдем к адвокату.

Тоже откидываюсь на спинку стула. Я скучаю по сестре. С тех пор как вернулся в Чикаго, я проводил с ней совсем мало времени. А теперь, когда встал на путь истинный, завязал с клубами и всем, что может сделать меня героем светских хроник, наши пути в ночной жизни Чикаго вряд ли пересекутся.

— Я могу помочь.

Она склоняет голову: знает, насколько я буду занят. Сто шестьдесят два матча, плюс, надеюсь, плей-офф – вот планы на ближайшие полгода. Меня не должно волновать, как Лейтон со всем справится. Это ее дело, и, раз уж она явно не хочет иметь со мной ничего общего, следует идти своей дорогой.

Дверь за нами открывается, и я невольно надеюсь, что это Лейтон.

— Линкольн! — зовет Лейтон, но мальчишка с перчаткой и мячом в руках уже стоит передо мной.

— Поиграем в мяч?

— Хейсу пора идти, — Лейтон выходит и кладет руки на плечи мальчишке. Ему на вид не больше восьми или девяти.

— Вообще-то, нет, — я встаю со стула. — Найдется для меня перчатка?

— Ага, можешь взять папину, — он бросает свои перчатку и мяч, и бежит обратно в дом.