— Ни к чему, в этом месяце мы их сделаем, — заявляет Истон. — Ай! Зараза... — он свирепо зыркает на Деккера.

Лейтон отодвигает стул и поднимается.

Я сверлю Истона тяжелым взглядом.

— Было очень вкусно, спасибо, — Лейтон забирает мою тарелку вместе со своей.

Дети влетают обратно, уже в обуви.

— Я повеселился покруче, чем во время загула с Дрю, — заявляет Истон. — К тому же завтра будет повод блеснуть маникюром, — он переводит взгляд на Линкольна, и тот победно вскидывает руки, демонстрируя точно такие же ногти.

— Теперь можно идти? — уточняет Монро.

Самый подходящий момент, чтобы Деккер с Истоном вежливо откланялись под каким-нибудь предлогом и оставили меня одного. Я откидываюсь на спинку стула, подавая парням знаки – едва заметно качаю головой, мол, валите уже.

— Конечно, — хором отзываются они.

Пальцы до белых костяшек сжимают салфетку. Жаль, что в руке не вилка – я бы с превеликим удовольствием запустил ею сразу в обоих.

— Пойду переоденусь, сниму медицинскую форму, — Лейтон направляется к лестнице.

Деккер и Истон заходят за мной на кухню – якобы помочь с уборкой.

Я не особо стремлюсь поддерживать их треп о матче с «Техасом» и о том, кто на питчерской горке33. Внутри все кипит от досады и непонимания. Бесит, что не могу остаться с Лейтон наедине, завладеть всем ее вниманием без остатка. Хотя какой в этом толк? Мы на слишком разных жизненных этапах, и ни один из нас не располагает к тому, чтобы заводить серьезный роман.

— Что-то не так? — прищуривается Деккер.

— Все нормально, — закрываю контейнеры с салатом крышками и убираю в холодильник.

— О-о, да он просто мечтает, чтобы мы поскорее смелись, — Истон опирается на кухонную столешницу, даже не думая помогать.

— Она лучшая подруга Келли, — подает голос Деккер, как всегда взывая к благоразумию.

Истон картинно закатывает глаза.

Не успеваю я напомнить Деккеру, что далеко не такой паинька, как он, с лестницы спускается Лейтон. На ней рубашка и джинсы – настолько тесные, что я замечаю, как на ее задницу пялится даже Истон.

Я награждаю его предостерегающим взглядом, а Деккер тем временем пихает приятеля плечом.

— Ладно, мы, пожалуй, пойдем, — говорит Деккер.

Из соседней комнаты тут же доносится дружное детское нытье: Линкольн и Монро явно грели уши.

— Простите, парни, вы уже в деле. Придется идти до конца, — Лейтон берет Монро за руку, и они вместе выходят на улицу.

Линкольн пристраивается вплотную к Истону, мы с Деккером идем следом. Деккер бросает на меня многозначительный взгляд: мол, я сделал все, что мог. И он действительно старался. Жаль только, без особого фанатизма.

Глава 19

Лейтон

Мы с Монро возглавляем процессию, вышагивая три квартала до магазинчика с мороженым. С тех пор как погибла Скай, я еще не чувствовала такой легкости на душе – и все благодаря Хейсу. Ну и Деккеру с Истоном тоже, но именно Хейс запустил цепь событий. Я редко кому доверяю, и еще реже из этого выходит что-то хорошее.

Завернув за угол, где находится магазин, я замираю как вкопанная. Вокруг здания тянется длиннющая очередь, но останавливает меня не это, а волна узнавания, прокатившаяся по толпе. Люди оборачиваются, толкают друг друга локтями, и самые преданные фанаты, покидая места в очереди, устремляются к нам.

Монро встает рядом и крепко сжимает мою руку, а с другой стороны жмется Линкольн. В мгновение ока Хейс, Деккер и Истон оказываются в плотном кольце поклонников, жаждущих фото и автографов. Один парень даже метнулся к стойке, чтобы раздобыть ручку и бумагу. Еще пару минут назад они были обычными парнями, сидевшими за обеденным столом. А теперь – знаменитости.

Все наперебой хотят обсудить бейсбол, осыпая их комплиментами и поминутно разбирая сегодняшнюю игру. Один мужик просто не умолкает, расхваливая виртуозную игру Истона с перчаткой в четвертом иннинге.

Монро дергает меня за рукав.

— Я хочу мороженое.

Должно быть, Хейс ее услышал, потому что, расписавшись на очередном листке, поднимает голову. Заметив нас в сторонке, он улыбается, выпутывается из толпы и подходит к нам.

— Пойдемте за мороженым.

Рука опускается мне на поясницу, и я не могу отрицать, как сильно хочется прильнуть к нему. Хейс ведет нас в очередь, второй рукой приобнимая Монро за плечи, пока мы ждем.

— Ну, что будешь брать, Линк? — спрашивает Хейс. То, как он сокращает его имя, вызывает внутри странный трепет, словно Хейс уже стал частью нас.

— Хочу с кусочками печенья, — отвечает Линкольн. — А твое любимое какое?

— Мятное «Орео» – и не путать с просто мятным с шоколадной крошкой, — ляпаю я, уже жалея, что не могу забрать слова обратно.

Пальцы Хейса на моей спине чуть сжимаются.

— Откуда ты знаешь? — Линкольн недоуменно смотрит на меня.