– Ты знаешь, я рад не говорить о прошлом, Крис, – тихо рычит он. – Но я говорю об этом, потому что меня с ранних лет учили смотреть на совпадения и считать, что это не совпадения.

Я усмехаюсь: – Какой придурок тебя этому научил?

– Ты.

Я цокаю языком.

– О каком же совпадении мы тогда говорим?

– О том, что за сорок восемь часов я слышу, во-первых, что Татьяна Фэрист на самом деле жива. Во-вторых...

– Ты слышал комично неправдоподобный слух, что девушка, пропавшая семь лет назад, каким-то образом жива и в бегах. Но продолжай.

– Ладно, во-вторых, что она выходит замуж за Декера Коля, второго человека в Синдикате Призрак, с главой которого у тебя тёмная история. И в-третьих, в те же сорок восемь часов ты внезапно решаешь прыгнуть в самолёт в Финляндию с молодой рыжеволосой спутницей.

Я напрягаюсь, глаза резко сужаются. Миша выдыхает.

– Твои пилоты – стена, Крис. Один из моих парней на аэродроме упомянул это вскользь. Так... кто твоя спутница.

Я медленно вдыхаю и выдыхаю, взвешивая слова.

– Друг.

Он смеётся: – Угу.

– Это не влияет на бизнес...

– Ради бога, Крис, меня не волнуют грёбаные деньги. Ты мне как брат, мужик. Я волнуюсь, потому что волнуюсь о тебе.

Я усмехаюсь, качая головой.

– Ты должен быть тем, о ком я волнуюсь.

Он тихо смеётся.

– Ладно, я прекращаю копать. Просто скажи, что у тебя всё хорошо.

– Всё хорошо.

– Может, ещё возьмёшь пару уроков актёрского мастерства.

Я тихо улыбаюсь.

– Скоро наступит время, когда я смогу рассказать тебе намного больше. Я просто... – Я пожимаю плечами. – Проявляю осторожность.

– Справедливо. Главное, чтобы ты был осторожен. Михаил Аракас не тот, с кем...

– Позволь мне беспокоиться о Михаиле, – тонко рычу я.

Миша молчит.

– О, и говоря о женщинах по имени Анастасия...

– Буквально следующее, что я собирался спросить, – хмыкает Миша. – Бранко взорвал мне телефон сегодня утром, переживая, когда ты собираешься сделать из его драгоценной дочки честную женщину. Медийная часть работает, но... возможно, стоит начать действовать, если ты всё ещё хочешь довести дело до конца. И снова, Крис, я говорю тебе прямо, тебе не...

– У меня есть кое-что новое для тебя.

Он замолкает: – Да?

– Да. Мы с Анастасией ужинали две ночи назад, прямо перед тем, как я уехал из Лондона.

Мои глаза темнеют, когда информация, которую дала мне Анастасия о том, какой монстр её отец, проносится в моих мыслях.

– Мы не можем заключать сделку с Бранко.

– Что? Крис, цифры отличные. Я имею в виду, он старомодный засранец, который слишком напоминает мне моего собственного засранца-отца. Его бухгалтерия безупречна. И нам ведь не придётся ужинать с ним...

– Он точно как твой отец, – шиплю я.

Миша замолкает.

– О чем именно ты говоришь?

Я закрываю глаза, вздрагивая, когда воспоминания многих лет назад – крики боли и нависающий ужас, запертые за чёрной дверью чёрного дома на скале – нахлынывают.

– Бранко был членом, – тихо хриплю я.

Миша замолкает. И когда он наконец говорит, его голос тяжёл и остр.

– Членом чего.

– Ты знаешь чего. – Моя кожа ползёт, когда я произношу это. – Црна Куча.

В трубке абсолютная тишина. Я ничего не говорю. Я позволяю ему переварить информацию, потому что знаю, что это адское место ранит Мишу так же сильно, как и меня.

Я знаю, он думает о своём лучшем друге Лукасе и невыразимых ужасах, которые тот пережил в том месте.

– Есть доказательства? – тихо выдавливает он.

Я киваю: – Есть.

– Блять. Блять! – ревёт он в трубку. – Считай сделку сожжённой дотла. И считай Бранко грёбаным мертвецом. Либо моей рукой, либо рукой Лукаса...

– Полагаю, Анастасия хотела бы сделать это сама.

Я слышу тяжёлое дыхание Миши.

– Что ты сказал?

– Будет переворот. Она не питает к отцу ни капли любви, как можно предположить, учитывая, что он из той грязи, что ходила в это место. Так что она собирается свергнуть короля и занять трон.

– А сделка между нашими организациями?

– Она хочет её, но хочет её изменить.

– Как?

– По контракту мы получаем доступ к связям и людям Балагулы, а она — доступ к твоей торговой сети и инвестициям.

Миша хмыкает в трубку, обдумывая.

– Насколько эта новая позиция подлежит обсуждению?

– Нисколько.

Он вздыхает: – Чёрт. Ну, ты волшебник, Крис. Что думаешь?

– Думаю, у неё есть яйца. И она не хочет быть вассальным государством, и это стоит уважать.

– Да, понимаю.

– Это твоё решение, Миша. Но, да, думаю, с её изменениями это всё ещё может работать на обе стороны. Я имею в виду, сделка с Бранко была нечестной.

Он фыркает: – Да, именно поэтому я и хотел её.

– Это всё ещё выгодно для нас, Миша. И кроме того...

– Такой кусок дерьма, как Бранко, будет закопан в яму, – рычит он. – Подписывайся.