Пот капал с волос Айрика на стекло. Перед глазами у него потемнело. Слева от него появилась тень, ползущая к нему неестественными волнообразными движениями. Самая тонкая часть разума Айрика, которая цеплялась за реальность, говорила ему, что то, что он видит, не может быть реальным.
Что это воспоминание. Все на Лемидах погибли той ночью — Айрик позаботился об этом. Он потерял свой меч, но не потерял свое тело. И этого было достаточно, чтобы уничтожить все.
Но тень не исчезала. Теперь ближе. Айрик прижался к стене, с силой зажмурив веки. И все же он увидел спину другого моразира, когда они забирались в эвакуационный ялик. Безошибочный блеск прищуренных глаз, наблюдавших за ним.
Кто-то с лодки крикнул, Во всю глотку!
Но повстанец — враг-раб - Айрик больше не мог сказать — уже умер. Никто не смог бы пережить Айрика той ночью. Его состояние было вызвано страхом. Неизвестная сила вырвала его меч из рук и направила в землю. Тогда он не знал, что это было, но теперь знал: специально настроенная гравитация, нацеленная только на его меч, сделанный из другого металла, чем любой другой Меч Уллиэля.
Невозможно. Айрик дернулся назад, пытаясь убежать от того, что его окружало. Боль пронзила его голову, когда он ударился о стену. В кармане у него звякнул металл — ожерелье Норы, только что починенное.
Протерев глаза, он попытался избавиться от видений.
Она не бросила его. Не так, как это сделала другая моразир. Она вытащила его в безопасное место. Очистила его.
Она никогда не покидала его.
Мой свет. Черанна. Нора.
Копье осознания пронзило его, вытаскивая правду его сердца на поверхность.
Он не мог сделать ничего, что могло бы навредить Норе. Если бы он это сделал — если бы он убил Ксалликса, была бы открыта инквизиция, и он приговорил бы себя к клеймению или к чему похуже. Он лишит Нору той небольшой защиты, которую мог предложить как моразир с хорошей репутацией. Без клейма. Даже когда его доверие к вейнари рухнет, ему придется притворяться. Еще немного. Чтобы сохранить силу и получить доступ к мечу.
Спотыкаясь, он вышел из регенерационной камеры, очутился у двери Норы и отодвинул в сторону нетронутый поднос с едой. Он так крепко вцепился в дверную ручку, что металл прогнулся в его руке.
- Айрик? - окликнул его нежный голос.
У него перехватило дыхание. Почему она все еще не спит?
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ
АЙРИК
Абсолютная анархия опустошила его разум.
Послышались торопливые шаги к двери. Раздался звуковой сигнал, и дверь с шипением отъехала влево, в сторону.
Нора стояла перед ним со своей кривой улыбкой. Она держала в руках теплое одеяло, обернутое вокруг ее обнаженных плеч.
Его желудок сжался, но тепло разлилось внизу живота. — Почему ты... - Он сглотнул, когда голод по ней усилился. - Где твоя одежда? - спросил я.
Она оглянулась туда, где одежда форгелингов лежала скомканной кучей в ногах койки. — Это было неудобно...
- Значит, ты открываешь дверь...голым?Айрик протиснулся внутрь, не обращая внимания на Лакки, который пытался потереться о его ноги. - После всего, что произошло?
“Я знала, что это ты”, - сказала она. “Я узнаю твою походку. Я слышала тебя. Ходишь взад-вперед”.
- Дрозекар, амруш, -выдавилАйрик. Свет погас.
Не нуждаясь в приказе, Лаки задел ногу Айрика, прежде чем броситься под стул в дальнем углу.
Нора сбросила одеяло, поняв его истинную просьбу. Лунный свет, льющийся из маленького обзорного окна, отбрасывал на нее тени и серебристый свет.
В это мгновение он понял, кем она была для него. Ничто не могло укротить кошмары, но она была бы сном, который мог бы успокоить его. Не совсем — ничто не могло этого сделать. Но, может быть, этого было достаточно, чтобы он мог дышать, когда на него вот так обрушился удар. Она могла поставить его на якорь, чтобы бури в его голове не превратили его в ничто.
“ Что-то... не так? Она поискала его глаза — все, что могла разглядеть в темноте.
“ Все не так, ” прохрипел он, затем захлопнул дверь и запер ее. Здесь, в этой комнате, он мог быть с ней в безопасности.
Не в силах больше этого выносить, он притянул ее к себе, прижимая к стене, обхватив рукой, чтобы защитить от холодного металла. “Все не так… Все, кроме тебя. Ты - лучшее, что есть в моей жизни”.
Ее руки обвились вокруг его шеи. — Айрик...
“ Ты нужна мне — прямо сейчас. Он приподнял ее выше, обхватив ногами свои бедра. Уткнувшись лицом в ее шею, он наполнил легкие ее ароматом. Наконец-то, дыхание, которое могло поддержать его. В ее сердце была целая жизнь любви, которую она могла отдать, а у него ее украли. Судьба спасла его — он хотел все это вернуть.