“ Эйрик, ” услышал он голос Торрена за спиной. - У нас график. Почему ты ведешь себя так, будто не знаешь, как все это работает?”

Айрик стоял над Ксалликсом, мельком взглянув на экран омнислейта. Он должен был вычислять тектонические характеристики ядра Эд'уна. Вместо этого на экране появилась топография Буриджи и его зданий.

Молочно-белое третье веко опустилось на глаза Ксалликса, когда он перевел взгляд с Айрика на Торрена.

“ Не смотри на него. Это я спрашиваю, ” сказал Айрик, подходя ближе. “ Я тот, кому ты ответишь. Через сколько ты закончишь?

Торджарин усмехнулся. “ Я не отчитываюсь ни перед кем из диких. Выдержав взгляд Айрика, он начисто стер свою работу. - Вейнари пали на огромную глубину, если такой пустынник, как ты, вообще имеет право командовать.

Кулак Айрика, все еще сжимавшего ожерелье Норы, дрогнул. Он почувствовал, как одно из остриев вонзилось ему в кожу, и прикусил язык, чтобы промолчать. Как только они вернутся в Зармур и Нора будет благополучно устроена, Айрик сможет показать Халликсу, что значит быть под командованием моразир.

“ Может, ты и не подчиняешься клеймам, ” сказал Торрен Ксалликсу, вставая между ними, “ но если тебя посадят в тюрьму и перевоспитают за неподчинение, я обещаю, что вместо этого ты будешь умолять о клейме. А теперь отвечайте на вопросы, потому что я все равно должен получить отчет о состоянии — где ваше оборудование? Я сам наблюдал за его погрузкой. Что вы делали с тех пор, как мы приземлились?”

Тонкие губы Ксалликса сжались, когда он переводил взгляд с одного на другого. Он оставался высокомерно спокойным, несмотря на то, что был средоточием едва сдерживаемого гнева. Другие в таком же положении, как и он, прыгали в огненные ямы, спасаясь от гнева моразир. “Расчеты неполны”, - сказал он. “Я настрою двигатель завтра”.

“ Завтра? Самообладание Айрика иссякло, как вода, просачивающаяся сквозь сито. “Планетарный вывод из эксплуатации занимает всего несколько минут для настройки. Я уже произвел вычисления, а нейронный движок сделает все остальное. Почему не сейчас?

Сжав челюсти, Ксалликс пристально посмотрел на Айрика. “ Как я уже говорил, я служу вейнари и не подведу их, как подвел ты. Расчеты будут сделаны, когда они будут сделаны. Я не тороплюсь...”

-Я тороплюсь, ” выдавил из себя Айрик. Каждый мускул его тела был наэлектризован.

“ Тогда тебе не повезло. Черный язык Ксалликса скользнул по его губам, пробуя воздух на вкус. Его глаза закрылись от удовольствия, и он застонал. “Пахнет чем-то... невероятным.”

-Привет.Из открытой двери донесся тихий голос.

Все трое резко обернулись и увидели Нору, стоящую в холле, скрестив руки на груди. Лаки выпрямился перед ней, его внимание сосредоточилось на Ксалликсе, обнажив клыки.

Хороший мальчик, подумал Айрик, и в глубине его сознания шевельнулось беспокойство, что Лакки вообще почувствовал что-то неладное.

Яснолицая и опрятная, Нора была одета в красную форму форгелинга. Ей подошла бы только молодежная одежда. Этот цвет предназначался для идентификации тел на поле боя, но на Норе он делал ее похожей на цветок в металлической тюрьме, в которой их поймал Айрик.

К его извращенному восторгу, ее волосы были собраны в клубок, а не заплетены в ее обычную косу. Он позволил себе вообразить — пусть даже всего лишь иллюзию, — что она не вынесет, если он не сделает это для нее. Теперь ее коса принадлежала ему.

Она откашлялась, и губы скривились в ее обычной кривой улыбке — застенчивой и серьезной. “Я не знала, куда пойти, чтобы не путаться под ногами”, - сказала она. Она ни разу не подняла головы, опустив взгляд.

Им придется терпеть это в обозримом будущем.

Он поднял руку, чтобы потрогать шрам под глазом, но прежде чем он успел успокоить ее, заговорил Ксалликс.

“ Эта одежда не очень-то скрывает ее фигуру, ” сказал он, его язык скользнул между зубами. “Я никогда не видел человека таким ... здоровым - ее холмики округлые и полные. Как ценно, что она пытается скрыть их...”

Айрик повернулся, обнажая меч. Одним ударом он вогнал его между ног Ксалликса, на расстоянии волоска от его члена, разбив компьютерное устройство, которое тот все еще держал. Он раскололся надвое, стекло со звоном разлетелось вдребезги, как и все остатки контроля, который Айрик имел над своим характером. Осколки, попавшие в руку Ксалликса, оттолкнулись под действием силы тяжести меча.

Торджарин поднял голову, его вращающиеся глаза были черными, как смоль. Как будто ярость взяла верх над инстинктом, укоренившимся в боли, его руки сжались в кулаки, еще глубже вонзая в себя стакан.

“ Не смотри на нее. Рокот голоса Айрика едва пробивался сквозь стеснение в его груди. “А что вы знаете о том, каким должно быть здоровье человека?”

Позади себя он услышал разочарованный вздох Торрена.