Мой мозг выключается. — Нет, — быстро говорю я, затем прихожу в себя. — Просто — эм. Столик. Где-нибудь приватно?

Она изучает меня на полсекунды дольше, чем нужно. Она определённо видит, что я здесь не из этого мира. Затем она кивает, ведя меня вглубь зала. — Конечно. Мои ноги трясутся, как у оленёнка, но я держу плечи расправленными и подбородок приподнятым.

Кабинка уютно спрятана в дальнем углу. Идеально для разговоров, которые не предназначены для чужих ушей. Я не могу представить, чтобы тот, с кем я встречаюсь, хотел, чтобы его подслушивали.

Я сажусь. Мои руки холодные, поэтому я сжимаю их вместе под столом и медленно вдыхаю через нос.

Ты в порядке. Ты в порядке. Ты в порядке.

Официант появляется почти мгновенно. — Добрый вечер, мисс. Могу я предложить вам что-нибудь выпить?

— Да, — говорю я слишком быстро. — Страмо... — Голос срывается. — Мавб...

Господи Иисусе.

— Клубничный мохито, — заканчиваю я, в ужасе.

Официант не моргает. Она вежливо улыбается, хотя я только что опозорилась. — Конечно. Я вернусь.

Я киваю, будто этого не случилось, и смотрю на стол, пока она не уходит.

Возьми себя в руки.

Люди проходят мимо в моём периферийном зрении. Костюмы. Платья. Смех. Каждый раз, когда открываются двери, мой пульс подпрыгивает. А затем двери открываются снова, и мой взгляд инстинктивно поднимается. Первый мужчина, который входит, выглядит как чистое насилие в человеческой форме. Короткие, небрежные чёрные волосы. Тёмные глаза, кажущиеся бездонными. Его челюсть острая и угрожающая, и когда его руки появляются в поле зрения, я вижу татуировки, ползущие по костяшкам и исчезающие под рукавами.

У меня падает желудок.

Другой мужчина следует за ним. Более аккуратный. Взлохмаченные чёрные волосы. И голубые глаза, пронзающие комнату. Оба в элегантных чёрных костюмах. Я забываю, как дышать.

Мужчина с тёмными глазами замечает меня первым. Его взгляд фиксируется, и он не колеблется. Он начинает идти к моему столику. Каждый нерв в моём теле кричит. Они оба скользят в кабинку напротив меня так небрежно, что это пугает меня. Эти мужчины, вероятно, убивали людей раньше. Как и Джуд, надо полагать.

Они достаточно близко, чтобы я чувствовала запах их одеколона. Что бы это ни было, это определённо дорогое. Тёмные глаза наклоняет голову, изучая моё лицо. — Эмма? — спрашивает он.

Мой рот открывается, но ничего не выходит.

Он смотрит на меня ещё секунду, затем слегка улыбается. Он красивый, но напряжённый. — Я Нико. — Он протягивает руку. Татуированную и в шрамах.

Да, он определённо убивал людей этими руками.

Я пожимаю её. Мои пальцы чувствуют себя слишком лёгкими в его хватке. — Привет, — выдавливаю я.

Затем я поворачиваюсь ко второму мужчине. Вблизи он разрушителен. Красив в той степени, которая кажется нереальной. Его глаза настолько голубые, что похожи на лёд. И они абсолютно смертоносны. Когда он улыбается, на правой щеке появляется одна ямочка — и это делает его более опасным, а не менее.

Он также протягивает руку. Я сразу замечаю обручальное кольцо, а также то, что выглядит как шрамы и синяки на костяшках. — Здравствуйте, Эмма, — плавно говорит он. — Я Рэйф Вон.

Глава 13

ДЖУД ГРЕЙВЗ

На этот раз я не в цепях. Мои запястья свободны. Лодыжки тоже. Никаких наручников, стула или ремней. Только бетон под ботинками и запах пота и крови.

Тренировка.

У меня нет времени думать об этом, прежде чем приходит первый удар. Кулак задевает челюсть — резко и быстро, отбрасывая мою голову в сторону. Зрение вспыхивает белым, но моё тело реагирует до того, как боль полностью осознаётся. Я шатаюсь, ставлю ногу и поднимаю руки, как меня учили вчера. Локти внутрь. Подбородок вниз.

Я разворачиваюсь как раз вовремя, чтобы избежать колена, направленного в рёбра. Вместо этого моё плечо врезается в чью-то грудь, выбивая воздух из него. Он спотыкается. Я продолжаю по инерции, вгоняя кулак ему в живот.

Он хмыкает, забавляясь.

— Ещё, — говорит один из них с усмешкой, его русский акцент густой, как смола.

Другой идёт на меня сбоку. Я пригибаюсь слишком поздно — его предплечье врезается мне в спину, отправляя меня в полёт. Ладони царапают бетон, когда я ловлю себя. Боль вспыхивает настолько привычно, что почти не замедляет меня.

— Не оставайся внизу, — резко бросает кто-то.

Я не остаюсь.

Алексей стоит в стороне, безупречный как всегда, руки сложены за спиной.

Нолан рядом с ним, голос низкий, говорит быстро. — …маршруты чистые через Майами теперь, — говорит он. — Но на его следующем мероприятии нужна более строгая охрана. Если твой клиент —

— …моя забота, — спокойно отвечает Алексей.

Я не слышу всего. Я и не должен.

Удар обрушивается достаточно сильно, чтобы выбить из меня дыхание. Я задыхаюсь, грудь горит, и едва успеваю перекатиться, прежде чем ботинок опускается туда, где была моя голова секунду назад. Я вскакиваю, шатаясь.