Рэйф фыркает, но я чуть не обсираюсь. — Босс-этт? Это что-то новое, Нико. Смею посмотреть, как ты назовёшь Аделу так позже.

Нико смеётся.

— В любом случае, Эмма, всё в порядке, — говорит Рэйф с забавной усмешкой. — Мы будем рады вас принять. Мне всё равно нужна месть этому куску дерьма. И это отличный предлог.

Лимузин подъезжает бесшумно, точно вовремя. Майк и Хизер стоят по обе стороны от меня, их плечи напряжены. Когда я сказала им, что мы останемся у Рэйфа, у Хизер отвисла челюсть, а Майк просто улыбнулся. Он определённо готов к этому.

Водитель выходит первым. Его тёмные волосы стянуты в низкий, небрежный пучок, пряди до плеч обрамляют лицо. Он смотрит на нас и предлагает небольшую, сдержанную улыбку. — Добрый вечер, — говорит он. Его голос плавный и дружелюбный. — Я Киран.

Я сглатываю.

Майк кивает раз. Глаза Хизер сужаются, оценивая его.

Киран открывает дверь и жестом приглашает внутрь. — Пожалуйста, — говорит он.

Я выравниваю дыхание, прежде чем первой скользнуть в заднюю часть машины, Хизер и Майк следуют за мной.

— Я просто... я не могу поверить, что это моя грёбаная жизнь, — бормочет Хизер, пока Киран начинает движение.

Я замечаю, что он оставил перегородку опущенной. Он кажется достаточно дружелюбным.

— Я не видел ничего в новостях о Джуде, — шепчет Майк, пролистывая телефон. — Должно быть, он скрывается от публики.

Я выдыхаю, думая о посте Адрианы в Instagram с фото без футболки Джуда в Москве. Я решаю не упоминать об этом, потому что не хочу добавлять дискомфорта в свой желудок. Майк, наверное, уже видел это. Он следит за ней. Честно, мне просто нужно перестать быть сталкером. Но это моя последняя связь с ним. Вроде того.

Поездка не очень долгая, прежде чем Киран останавливается на красивой улице на окраине города. Вдоль всей улицы выстроились деревья, за которыми скрываются шикарные особняки. Мы выходим, холодный осенний воздух касается моих волос.

Таунхаус стоит за коваными воротами, высокий и элегантный в вечернем свете. Кремовый каменный фасад выглядит так, будто его вырвали из парижской мечты. Окна с чёрной отделкой выстроены на каждом этаже, плющ вьётся у входа. Ворота открываются с лёгким скрипом, и мы идём по дорожке.

— Он не заперт, — небрежно говорит Киран. — Мистер Вон ожидает вас.

Я киваю, моя рука сжимает ручку, прежде чем распахнуть дверь. Внутри обстановка выполнена в тонах матового чёрного, мягкого бежевого и текстурированного кремового. Полированные деревянные полы мягко скрипят под моими ботинками. Каждая комната перетекает в следующую, украшенная, но не загромождённая. Всё расставлено с намерением.

И затем я вижу Рэйфа и Нико, стоящих в гостиной с бокалами, наполненными янтарной жидкостью. Рэйф в чёрной рубашке, рукава закатаны ровно настолько, чтобы открыть намёк на мышцы и татуировки. Нико прислонился к стене, глаза тёмные, на губах усмешка. Киран закрывает за нами дверь и молча следует.

Я собираюсь открыть рот, чтобы поприветствовать их, но к нам присоединяется женщина с длинными чёрными волосами и невесомой чёлкой, смягчающей её остроту. Её платье обтягивающее, чёрное и идеальное. Она двигается с поразительной уверенностью, её голубые глаза скользят по нам с любопытством.

Взгляд Рэйфа переключается на неё, и улыбка, появляющаяся на его лице, — та, о которой женщины мечтают повсюду. — Это Эмма, — плавно говорит он. — И её друзья, Майк и Хизер, если я правильно помню.

Глаза женщины переключаются на меня. — Здравствуйте, — говорит она, протягивая изящную руку. — Я Адела Синклер-Вон. Приятно видеть вас здесь. — Её рукопожатие крепкое.

Я вежливо улыбаюсь.

— Можешь расслабить плечи. — Голос Рэйфа мягкий. — Вы здесь в безопасности, — говорит он.

— Сначала, прежде чем мы перейдём к обсуждениям, — говорит Адела, оглядываясь на нас через плечо. — Позвольте показать вам вашу комнату.

Гостевая комната наверху, в конце коридора. Когда дверь открывается, Хизер издаёт тихое, непроизвольное о боже.

Она огромная. В центре доминирует кровать California king, застеленная белоснежным бельём и украшенная мягкими серыми и кремовыми покрывалами. Изголовье обитое, элегантное и сдержанное так, что кричит о деньгах. У окна стоит раскладной диван, пушистый и явно никогда не использованный. Окна от пола до потолка впускают вечерний свет, разливающийся по паркетному полу.

Над головой люстра, которая стоит больше, чем моя машина.

Хизер медленно поворачивается, глаза широко раскрыты. — Это... чёрт возьми.

Я киваю, не в силах найти слов.

Майк, с другой стороны, почти не реагирует. Он осматривает комнату с ровным выражением. Никакого благоговения или шока, как у нас, просто признание, будто он видел сотню таких мест раньше.

— Ванная там, — говорит Рэйф, указывая. — Можете пользоваться всем, что есть в мини-баре.