Я смотрю на лицо Джуда и пытаюсь представить это. Не могу. Мой мозг отказывается строить этот образ. — Какие вещи он...

Меня прерывает звук открывающейся входной двери наверху, и каждый из нас замирает. Никто не произносит ни слова, пока две тени не сбегают по лестнице в главную гостиную подвала.

Нико резко встаёт. — Рад, что вы добрались, — говорит он с дикой усмешкой. — Знал, что вы справитесь.

Облегчение бьёт меня так сильно, что у меня кружится голова. Адела и Рэйф входят в спальню, всё ещё с пистолетами в руках и в крови, которая не вся их.

Они выбрались.

Рэйф шагает вперёд, уже в режиме решения проблем. Он указывает на Майка. — Надень на него наручники. За кроватью есть цепь, прикреплённая к стене.

Моя голова резко поднимается. — Что...

— Ему это нужно, Эмма, — вмешивается Адриана. — Поверь мне.

Я сверлю её таким резким взглядом, что это почти насилие. Мне хочется броситься на неё. Мне хочется вытащить её из этого дома за волосы. Я никогда не чувствовала такой ярости. — О чём ты говоришь? — спрашиваю я, голос дрожит.

Майк колеблется только секунду, прежде чем закрепить одно запястье Джуда.

— Он ушёл, — говорит Адриана, и её голос срывается. Слеза падает по её щеке. — Его больше нет.

Моя грудь вздымается. — Что ты имеешь в виду? — шепчу я.

Но она не отвечает. Она просто переводит взгляд на пол.

Рэйф подходит ближе к кровати, проверяя пульс Джуда. — Он будет без сознания какое-то время. Давайте обсудим всё здесь. — Он кивает в сторону диванов.

— Мы запрём его, — добавляет Адела почти небрежно. — Идём.

Запрём его. Будто он угроза. Будто он не тот мальчик, которого я...

Я сжимаю губы и встаю, бросая на Джуда последний взгляд перед уходом. Я ненавижу видеть его в наручниках. Но по крайней мере он здесь. По крайней мере он теперь в безопасности.

Когда я переступаю порог, мой телефон вибрирует.

Я смотрю вниз и вижу письмо от неизвестного отправителя с пометкой «СРОЧНО». Это моя рабочая почта. У меня падает желудок так быстро, что я вынуждена прислониться к стене, слыша звук запираемой двери спальни. Пока все устраиваются на диванах и креслах, я открываю письмо и вижу два вложенных видео.

— О, чёрт, — бормочу я, дожидаясь загрузки первого видео.

— Что? — спрашивает Майк, бросаясь ко мне.

Это видео с телефона, на котором Джуд шатается по коридору. Он выглядит обдолбанным. Дезориентированным. Светловолосый мужчина идёт позади него, оглядываясь на камеру с хищной улыбкой. Не тот, что стрелял в Адриану раньше.

Он толкает Джуда в спальню, захлопывая за ними дверь и запирая её. Тот, кто снимает, подходит к закрытой двери, и то, что я слышу, превращает мою кровь в лёд.

«Он сопротивляется?»

Человек, снимающий, отвечает: «Не с тем, что мы ему дали. Это то, что я даю своим женщинам».

— О боже, — я зажимаю рот рукой. — О, мой...

Голос Джуда поднимается из-за двери:

«Слезь. Слезь с меня, блядь».

«Нет, остановись».

Адриана открыто плачет, зарываясь лицом в руки и оседая у стены.

— Блядь! — шипит Майк, проводя рукой по волосам.

Мой желудок скручивает. — Меня сейчас вырвет. Меня сейчас... — Я не могу закончить предложение, прежде чем сгибаюсь пополам, меня вырывает на пол. Желчь жжёт. Моё сердце бьётся так сильно, что это единственное, что я слышу, кроме внутреннего крика...

Хизер бросается ко мне. — Эмма, эй, — говорит она, поглаживая мою спину.

— Там ещё одно видео, — выдавливаю я, пытаясь отдышаться. — Ещё одно.

На этот раз все, кроме Адрианы, подходят, чтобы взглянуть на экран моего телефона. Я вытираю рот тыльной стороной дрожащей руки, до смерти боясь даже открыть его.

Экран загружается, показывая запись с камеры наблюдения снаружи склада. Затем фигура входит в фокус, и я тяжело сглатываю. Это Джуд в какой-то ужасающей белой маске. Он заходит с пистолетом в руке, небрежно опущенным вниз.

Раздаются выстрелы, за которыми следуют крики нескольких мужчин, плач, мольбы, прежде чем несколько финальных выстрелов навсегда их заставляют замолчать. Затем кадр обрывается на том, как он выходит обратно.

Нет, нет, нет...

Мои колени полностью подкашиваются, но Хизер и Майк ловят меня в свои объятия.

— Я же говорила тебе.

Моя голова резко поднимается, и я вижу Адриану, смотрящую на меня с дивана, её глаза красные от слёз. — Что? — спрашиваю я, голос дрожит так же сильно, как и тело. — О чём ты, блядь, говоришь?

— Его больше нет, — тихо говорит она, глядя на меня глазами, которые выглядят почти такими же мёртвыми, как у Джуда. — Алексей убил последние остатки добра внутри него. И я... — она замолкает, облизывая красные губы. — Я не знаю, вернётся ли он когда-нибудь.