– Здесь будет арка, – начинаю я, листая фотографии. – Столы поставят дальше, чтобы осталось место для танцев.

– Ты любишь танцевать, – произносит Рустам негромко.

Это звучит совершенно нормально для остальных, но я то знаю, что он имеет в виду.

В памяти мгновенно вспыхивает клуб, его ладони на мне и его член упирается в меня сзади.

– Иногда, – отвечаю я, прокашлявшись, не поднимая глаз.

– Я заметил.

Володя продолжает разговаривать с отцом и не слышит. Мама занята фотографиями, а я чувствую, как лицо начинает гореть.

Рустам снова кладёт ладонь на моё колено. Вызывая новую волну мурашек и чувства, что мир сейчас схлопнется.

Как он может, трогать меня за столом при всей своей семье?!

Подушечки пальцев нежно скользят под ткань платья, обжигая внутреннюю сторону бедра.

Я продолжаю держать телефон перед нами. Руки заняты, опустить их под стол невозможно. Если резко начну дёргаться, все заметят, привлеку к себе ещё больше нежелательного внимания.

Этот ублюдок специально выбрал момент, когда я не могу ничего сделать.

Его пальцы двигаются выше и останавливаются там, где моё дыхание окончательно сбивается. Бабочки в животе уже танцуют вальс, щекоча крылышками.

Я стискиваю зубы, не позволяя ни одному звуку вырваться наружу.

– Красиво, – произносит Рустам, рассматривая экран. – Но место открытое. Сбежать будет сложно.

Я поворачиваю к нему голову. Наши лица оказываются слишком близко.

– Я никуда не собираюсь сбегать, – я качаю головой. Мне нужен этот брак, моей семье он необходим, и никакой ублюдок в чёрном мне не помешает.

В чёрных глазах вспыхивает насмешка. Рустам цокает языком.

А под столом его пальцы начинают двигаться к трусикам, чертовски медленно.

Мужчина делает круговые движения по влажным складкам через тонкое кружево.

Всё внутри сжалось так сильно, будто меня засунули под пресс.

Обсуждение свадьбы идёт полным ходом, родственницы решают, в каких платьях пойдут, мужчины решают галстук или бабочка.

А под столом брат моего жениха продолжает сводить меня с ума своими пальцами. Сквозь тонкую ткань пальцем он давит мне на клитор, очень точно.

Я дышу через нос из последних сил. Сижу так ровно, будто кол проглотила. Когда закончится эта пытка?

– Мы ещё не решили вопрос с музыкой, – говорит Володя. – Лика хочет живую группу.

– Потому что диджей на свадьбе твоего друга включил похоронный марш во время выноса торта, – отвечаю я, цепляясь за разговор, чтобы хоть как-то отвлечься.

Голос становится ниже. А пальцы Рената медленнее.

– Это была ошибка в плейлисте, – усмехается Володя.

– Невеста плакала минут двадцать, – я беру бокал вина и делаю глоток.

Ренат проводит пальцами вверх и вниз, безумно медленно, а потом резко надавливает на клитор. Тонкое кружево уже насквозь мокрое.

– Она плакала от счастья, – Володя берёт закуски смеясь.

– Она пыталась убить его тортом, – парирую я.

За столом все снова смеются. Я тоже изображаю улыбку, пока пальцы Рустама усиливают давление.

Волна удовольствия поднимается так быстро, что у меня перед глазами пляшут белые пятна. Живот стягивает, будто ремнями сдавили, мышцы ног напрягаются.

Я медленно выдыхаю через нос, стараясь удержаться на краю.

Ещё немного, и я кончу прямо за семейным столом, пока родители обсуждают цветы, а будущий муж сидит на расстоянии вытянутой руки.

Рустам склоняется к моему уху, будто хочет рассмотреть фотографию на телефоне.

– Тише, – выдыхает он так, чтобы слышала только я.

От его голос последняя нить самообладания начинает трещать.

Я не могу позволить этому случиться, это грань аморальщины. Мысли в голове путаются, голоса смешиваются в один гул.

Я резко выпрямляюсь и отодвигаю стул. Ножки громко скребут по камню, заставляя всех повернуться ко мне.

Рука Рустама исчезает мгновенно, гад даже голову на меня не повернул.

– Лика? – мама Володи смотрит с беспокойством. – Тебе плохо?

– Нет, всё прекрасно, – выпаливаю я, хватая телефон. – Я просто вспомнила, что мне срочно нужно позвонить свадебному организатору.

– Сейчас? – удивляется Володя.

– Именно сейчас. У меня появилась гениальная идея насчёт… свечей. Очень срочная идея, свечи не могут ждать.

Я улыбаюсь так широко, что начинают болеть щёки.

Ноги дрожат, между ними пульсирует, а сердце, кажется, забыло, что оно умеет биться.

– Я быстро! – обещаю я и почти бегу к дому.

За спиной слышится голос мамы Володи, которая спрашивает, почему организатор работает вечером. Володя что-то отвечает, а я ускоряюсь не оборачиваясь.

Мне нужно оказаться как можно дальше от Рустама и его проклятых рук.

Ещё несколько секунд, и моя гениальная идея для свадьбы заключалась бы только в одном: отменить её к чёртовой матери!

Глава 9 Рустам