– Размышляю, как тебе идёт роль занудного старшего брата. Очень органично, почти не играешь.

Он не улыбается. Взгляд становится тяжелее.

– Если кто-то тебя обидел, скажи сразу.

В его голосе нет жёсткости, и именно поэтому по спине бегут мурашки. Ренат не угрожает. Он просто находит проблему и делает так, чтобы она исчезла. Иногда вместе с человеком.

– Никто меня не обидел. Сегодня прекрасный вечер, – отвечаю, забирая бокал. – Гости веселятся, дом пока цел. Что ещё нужно?

Телефон в кармане Рената начинает вибрировать. Он смотрит на экран, и лицо мгновенно становится грубее.

– Мне нужно ответить, – говорит брат, отходя от стойки. – Не напивайся.

– Я и не напиваюсь, я хозяйка вечеринки и обязана лично проверять качество алкоголя.

Ренат бросает на меня последний предупреждающий взгляд и уходит в коридор, уже отвечая кому-то короткими деловыми фразами.

Я выдыхаю, пытаясь хоть как-то собрать всё произошедшее в одну картину. Понять, как действовать дальше.

Как себя вести рядом с Володей и его семьёй, а главное, что делать с его братом.

Стоит только мне повернуть голову в сторону дома, как моя проблема тут же материализуется.

Рустам спускается с лестницы, что-то печатая в телефоне, а затем его быстро убирает в карман.

Рядом появляется Володя, что-то говорит брату, но Рустам окидывает взглядом территорию и почти сразу находит меня.

По телу пробегает горячая волна. Я сильнее сжимаю бокал, холодное стекло скрипит в пальцах.

Ни удивления. Ни вопроса. Только этот лукавый взгляд, который снова напоминает, как его руки держали меня у стены.

Володю кто-то зовёт возле бассейна, а Рустам остаётся один. Он снимает часы, кладёт их на столик и начинает медленно расстёгивать рубашку.

Ткань расходится, открывая татуированную грудь, и воспоминания обрушиваются с новой силой.

Мои губы на его коже. Язык, скользящий по чёрным линиям. Его пальцы, впивающиеся в мои бёдра. Тяжёлое дыхание и грубый голос, приказывающий смотреть на него, пока я кончаю.

Внизу живота вспыхивает пламя.

Я делаю глоток, надеясь залить воспоминания алкоголем, но жар только распыляется сильнее. По спине бежит испарина.

Рустам стягивает рубашку и бросает её на лежак. Рельефный живот, татуировки, уходящие ниже. На плечах ещё видны тонкие следы моих ногтей.

Теперь этот мужчина будет появляться на семейных ужинах, подготовке к свадьбе и, возможно, стоять возле алтаря, пока я выхожу замуж за его брата.

Он снимает брюки и остаётся в чёрных плавках. Несколько девушек возле бассейна тут же замолкают, откровенно рассматривая его.

Внутри неприятно царапает. Только ревности мне сейчас не хватало к мужчине, которого я обязана забыть до конца вечеринки.

Рустам подходит к краю бассейна и перед прыжком поворачивает голову в мою сторону.

Наши взгляды встречаются, на его губах появляется уже привычная наглая усмешка.

Рустам подмигивает мне и ныряет в воду.

Брызги взлетают вверх, музыка становится громче, гости смеются.

Может утопить его, пока он всё не испортил?

Глава 7

Мы с Володей едем на семейный ужин, и впервые за последние несколько суток я чувствую себя почти спокойно.

Ключевое слово здесь «почти», потому что мой организм после встречи с Рустамом вообще забыл, что такое нормальное состояние.

Сердце теперь бьётся чаще при виде любого высокого мужчины в чёрном.

Но сегодня всё должно пройти хорошо.

Володя сказал, что нас ждут родители. Только родители, семейный ужин и несколько часов вежливых разговоров о свадьбе.

Никакого огромного татуированного ублюдка, который умеет превращать любую фразу в порнороман.

Я даже переспросила дважды.

Володя посмотрел на меня странно и уточнил, почему я так интересуюсь количеством гостей. Пришлось сказать, что морально готовлюсь к допросу будущей свекрови.

Очень убедительно. Учитывая, что мама этих двоих меня просто обожает. Эта женщина почти святая.

Я поворачиваюсь к Володе и рассматриваю его профиль. Светлые волосы уложены будто по линеечке, рубашка застёгнута полностью, часы подходят к ремню.

Идеальный сын. Идеальный жених.

Володя и правда хороший. Внимательный, добрый. Рядом с ним не хочется вызывать полицию, психиатра или пожарных, потому что он довёл меня до белого каления.

Вот каким должен быть нормальный мужчина.

Жаль, что я никогда не специализировалась на нормальных.

– Перестань на меня так смотреть, – говорит Володя, не отрываясь от дороги. – Я начинаю переживать, что у меня что-то на лице.

– Всё гораздо хуже. Слишком идеальная причёска.

Я тянусь к нему и запускаю пальцы в светлые волосы, взлохмачивая их на макушке.

– Лика, прекрати, – он дёргает головой, но поздно. Его безупречный образ уже уничтожен моими руками.

– Теперь хотя бы похож на живого человека, а не на манекен из дорогого магазина.