— Это неправда. Депрессия испортила ей жизнь. Не ты, — заявила я. — Ты дал ей силы продолжать. Продолжать бороться за жизнь, пусть даже всего на несколько лет дольше. И, прежде всего, благодаря тебе она улыбалась. Улыбалась, как на той фотографии, в рамке у твоего отца. Настоящей, чистой улыбкой, переполненной всей любовью, которую она испытывала к тебе. Потому что любовь к своему ребенку, поверь мне, стоит всех лекарств в мире.

Я остановилась на мгновение, моргая, чтобы отогнать грозящие слезы, и медленно погладила тыльную сторону его руки большим пальцем. Он мог притворяться, прячась за своей броней из негнущегося металла, но я могла расшифровать этого человека. И он был изъеден. Изъеден болью и чувством вины.

— Я уверена, что там, где она теперь покоится, ей очень хочется встряхнуть тебя, чтобы привести твои мысли в порядок. Потому что это не твоя вина, Каз.

Печальная улыбка пересекла его красивое лицо, утонувшее в темноте, пока он медленно скользнул рукой по моей шее, чтобы притянуть меня к себе. И когда я закрыла глаза, он прислонил свои губы к моему лбу, прежде чем прошептать:

— Спасибо, мой ангел…

Я не могла сказать, как долго мы оставались так, неподвижно на холодном песке, кожа к коже, не слыша ничего, кроме шума океана и биения наших сердец. Ужин, должно быть, остыл, но мне было все равно. По правде говоря, я уже не была уверена, что еще голодна. Не после всех этих откровений, которые перевернули мой желудок.

Устав от этой слишком душераздирающей тишины, я внезапно поднялась на ноги. Каз посмотрел на меня, подозрительно прищурившись. Подарив ему улыбку, которую я хотела сделать максимально искренней, я воскликнула:

— Последний в воде проиграл!

Он поднял бровь, развеселившись, пока я избавлялась от своей одежды всего за несколько секунд. Теперь, стоя перед ним в нижнем белье и видя, что он не собирается двигаться, я скрестила руки на груди, провоцируя его:

— Уже сдаешься, Маршалл?

Уязвленный в своем непомерном самолюбии, он тут же встал и снял обувь. Пфф. Слишком легко!

Но когда на его губах появилась тревожная усмешка, я тут же пожалела о своих словах. Не дав мне времени среагировать, Каз поднял меня с земли и перебросил через плечо, как обычный мешок. Мои взрывы смеха и сдавленный живот не давали мне нормально дышать, пока я пыталась сохранить невозмутимый вид, извиваясь и колотя его по спине руками.

— Отпусти меня, придурок! Это жульничество! — воскликнула я, когда он направился прямо к океану.

Он усмехнулся и шлепнул меня по ягодицам рукой, прежде чем ускорить шаг. Когда я увидела, как вода поглощает его лодыжки, я начала бить ногами, мой смех усилился, пока я кричала:

— Стой! У меня будет гидроудар! Этого ты хочешь?!

— Жаль, но ты узнаешь на своей шкуре, что лучше меня не провоцировать.

И прежде чем я успела что-либо добавить, мое тело было выброшено в воздух. Я едва успела закрыть глаза и зажать нос, как уже погрузилась в ледяную воду, которая, как электрошок, разбудила каждую мою клетку. Я почувствовала, как соленая вода проникает в ноздри, пока я плыла, чтобы подняться на поверхность.

— Ты мне за это заплатишь! — возмутилась я, отталкивая мокрые пряди волос, закрывавшие обзор.

Я набросилась на него, обхватив его шею руками. Мое мокрое тело, прижатое к его, заставило его вздрогнуть, и я воспользовалась этим моментом слабости, чтобы свалить его навзничь. Каз тяжело рухнул в холодную воду, безжалостно увлекая меня за собой. Оказавшись верхом на нем, я торжествовала и воспользовалась своим доминирующим положением, чтобы обрызгать его водой прямо в лицо.

— Ладно. Теперь шутки в сторону, — сказал он, вытирая глаза.

Он неожиданно схватил меня за плечи, опрокинув на мокрый песок и изменив положение. Теперь он был надо мной, его татуированные руки обрамляли мое тело, а его черные волосы капали на мое лицо всего в нескольких сантиметрах от его собственного.

— Это нечестно, — пробормотала я, видя его слишком забавное выражение лица, на мой вкус.

Кровавый Жнец рассмеялся, чуть не вырвав мое сердце из груди. В его тембре было что-то, не знаю что, что умело меня восхищать. Делать меня счастливой. Можно ли влюбиться в смех?

Я начала рассматривать его ужасно идеальное лицо, мои пальцы не сдерживаясь прослеживали прямую переносицу, скользили по изгибу его губ, а также контуру его очерченной челюсти. Я почувствовала, как его дыхание участилось на мне по мере того, как я ласкала его кожу, атмосфера вокруг нас, такая легкая мгновение назад, наполнилась чем-то гораздо более сильным, гораздо более тяжелым. Желанием.

И как раз когда у меня появилось единственное желание — прижать свои губы к его, Каз прошептал мне хриплым голосом, который заставил меня прекратить всякое движение:

— Если бы мне сказали несколько месяцев назад, что я без ума влюблюсь в девушку, которая врезалась в меня, как фурия, в коридоре, я бы ни за что не поверил.

И мое сердце пропустило удар.

Я что, сплю?

— И если бы мне сказали несколько месяцев назад, что я без ума влюблюсь в мужчину, который угрожал мне разнести череп своим пистолетом, я бы тоже не поверила, — прошептала я ему в ответ.