Смелая полуулыбка изогнула его губы, прежде чем он наконец решил бросить мне пачку шоколадных конфет. Очевидно, обратная психология всегда работала на таких высокомерных мужчинах, как он…

Я опустила руку в пакет и наугад схватила маленькую шоколадку. Я рассмеялась, когда Кровавый Жнец старательно приготовился, готовый принять M&M's ртом. Я, наконец, бросила его и была вынуждена признать, что этот идиот говорил правду, когда он поймал её: он действительно был хорош в этой игре.

— Удача новичка, — парировала я.

— Ты несправедлива, ангел…

Я взяла новый M&M's синего цвета, который он снова поймал с ошеломляющей лёгкостью. Я фыркнула от смеха, прежде чем воскликнуть:

— Прямо морской котик, вот честно!

— Заткнись и продолжай! Машина только что завелась.

— Как прикажете, Каз-машина!

Жёлтый, красный, затем ещё синий, высокий брюнет не промахнулся ни разу, несмотря на мои многочисленные уловки, чтобы заставить его проиграть. Тогда я поняла: этот парень был действительно непобедим в этой маленькой игре. И победная ухмылка, которую он демонстрировал, вызывала у меня яростное желание высыпать остатки пакета ему на голову.

Внезапно зелёный M&M's, который я бросила без всякой уверенности, отскочил от его губ и закончил свой путь на одеяле с цветочным узором на нашей кровати. Я издала крик радости.

— Ты знаешь правила! Теперь, когда ты проиграл, ты обязан ответить на один из моих вопросов! — ликовала я.

Он закатил глаза, выражая своё глубокое раздражение, затем снова лёг с усталым вздохом. Я уделила несколько секунд подготовке своего вопроса, имитируя интенсивное размышление: прищуренные глаза, палец, прижатый к подбородку. Наконец, я спросила:

— Какой твой любимый цвет?

Он приподнял брови, ошеломлённо глядя на меня:

— Ты издеваешься надо мной?

— Отвечай на мой вопрос! И тебе запрещено говорить «чёрный», потому что это не цвет.

Он продолжал смотреть на меня, как на последнюю идиотку, прежде чем вздохнуть. Наконец, он посмотрел на желтоватую стену перед нами, немного подумал, прежде чем признаться:

— Фиолетовый.

Я внимательно рассмотрела его. Фиолетовый? Действительно, этот цвет ему подходил. Это был довольно загадочный цвет. Ни холодный, ни тёплый. Смесь синего и красного, который, к слову, был моим любимым цветом. Возможно, это выглядело по-детски, даже нелепо в его глазах, но правда в том, что теперь я чувствовала, что знаю о нём ещё одну деталь. Не самую важную, конечно, но которая имеет значение. Именно в самых незначительных деталях можно отличить людей, которые важны, от тех, кто нет. А я теперь знала его любимый цвет.

Не мешкая, мы продолжили нашу игру. Каз совершал один безупречный бросок за другим с невероятной лёгкостью, пока несчастный пакет не оказался почти пустым. Но когда я начала серьёзно терять всякую надежду утолить своё любопытство, высокий брюнет пропустил ещё один M&M's, заставив меня прыгать от радости.

— Какая у тебя самая странная татуировка?

Он задумался на мгновение, прежде чем его губы изогнулись в ухмылке, и он бросил мне:

— Она на пояснице. И её сделал мой младший брат.

Чтобы подтвердить свои слова, Каз выпрямился, сел на край матраса спиной ко мне, чтобы я с изумлением увидела ту самую татуировку. На его пояснице детским, неуверенным почерком было написано: «Charli».

— Подожди, это действительно он тебя татуировал? — спросила я, ошеломлённая.

— Абсолютно. Несколько месяцев назад к нам домой зашёл друг-татуировщик со всем своим оборудованием просто для небольшой коррекции, и ему пришла в голову идея предложить моему брату сделать мне татуировку…

Я не могла сдержать громкого смеха, представляя, как маленький мальчик неумело наносит своё имя на кожу моего телохранителя.

— Признаю, эта татуировка милая.

— Назови мне хоть что-то, что во мне не мило, мой ангел, — промурлыкал он, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

— Эта ужасная штука прямо посреди… О чёрт! Я вообще-то показываю на всё твоё лицо, — парировала я.

Каз усмехнулся, пока мои глаза невольно задержались на внушительных мышцах его спины, которые напряглись, словно заставляя биться огромные чернильные крылья. Очарованная этим зрелищем, я осторожно коснулась черного контура на его обнажённой коже. При контакте моих холодных пальцев с его горячим телом Кровавый Жнец вздрогнул, его спинные мышцы напряглись под моим лёгким прикосновением. И вопрос, который давно мучил меня, сорвался с моих губ:

— Почему на одном крыле нет перьев?

Долгая тишина, казалось, сковала комнату, которую не мог нарушить даже шум нашего дыхания.

— Я сделал эту татуировку в довольно тяжёлый период своей жизни, — начал Каз более тихим и нерешительным голосом. — В тот момент, когда мне казалось, что у меня оторвали одно из крыльев, которое ещё позволяло мне летать. Как будто я внезапно рухнул на Землю, столкнувшись с суровой реальностью: отвратительной и беспощадной.