Сворачиваю на обочину и останавливаюсь. Выхожу. Парни выбираются следом. Рим держится чуть позади, хотя на службе первым лезет под пули.

Подхожу к багажнику и нажимаю кнопку. Дверь медленно поднимается.

Сначала вижу большую белую коробку. Потом сумки и скомканный темный плед. Из-под него выглядывает край синей ткани. Такой у нас точно не было. Стаскиваю плед. Между коробкой и сумками сжимается девушка.

Совсем молодая. Худенькая. В длинном синем платье, перепачканном пылью. Темные волосы выбились из-под платка и прилипли к бледному лицу. Одна нога босая, на второй болтается босоножка. К груди девушка прижимает потрепанную сумочку.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Глазищи у нее большие и темные, как омуты.

— Твою мать, — тихо произносит Ярослав.

— Так вот куда она сбежала, — выдыхает Рим.

Девушка пытается забиться глубже, но там некуда. На запястье темнеют следы чужих пальцев, нижняя губа разбита.

— Ты кто? — спрашиваю я.

Она молчит.

— Как ты туда забралась?

Ничего. Только огромные темные глаза. Перепуганные до животного ужаса.

— Выходи, — говорю мягче. — Мы тебя не тронем.

Протягиваю руку. Девушка смотрит на нее, но не двигается. За спиной нарастает шум моторов. Оборачиваюсь. По дороге со стороны районного центра несутся две машины. Первая — та самая темная легковушка, на которой приехали мужчины, искавшие девушку. Вторая держится сразу за ней. Девушка тоже их замечает.

Бледнеет, резко подается вперед и обеими руками вцепляется в мое запястье.

— Пожалуйста, — выдыхает она. — Не отдавайте меня им.

Дорогие читатели! Напоминаю, что у нас литмоб. А это значит, что в ближайших главах я буду знакомить вас с участниками. Надеюсь, вы найдете себе истории по душе. Сегодня история Татьяны Фоминой

Офицер особого назначения. Приказ на измену

— Когда ты собирался сказать об этом? — заставляю произнести себя вслух то, что разрывает сердце. — Или ты вообще не собирался мне об этом говорить?

— Сказать о чём? — в любимом голосе слышится непонимание.

Не верю!

— О своём новом задании! — выпаливаю, сдерживая слёзы, но они сами текут из глаз.

— Саша, пожалуйста, дай мне всё объяснить.

— Объяснить?! Что ты собираешься объяснять? Что начальство тебе дало добро на измену?!

___

Он — офицер особого назначения: без лица, без имени, без права на выбор. Только приказы.

Я знала, что когда-нибудь это случится. Что он получит приказ, который перечеркнет всё, что у нас было. Но я никак не ожидала, что это будет приказ на измену.

Глава 3. Иван

Девчонка держится за меня обеими руками. Пальцы дрожат, лицо белое, в огромных темных глазах паника.

— Как тебя зовут? — придирчиво рассматриваю девчонку.

— Са-сафия.

Машины приближаются. Обе несутся быстро, поднимая за собой пыль.

— В машину, — командую.

Она не двигается. Будто не слышит.

— Сафия, посмотри на меня.

Поднимает голову, во взгляде плещется ужас.

— Без твоего согласия тебя никто не заберет. Поняла?

— Да, — выдыхает едва слышно.

Открываю заднюю дверь. Сафия забирается внутрь и тут же отодвигается к противоположному окну. Ярослав молча занимает место рядом с ней.

— Телефон включи, — бросаю ему.

— Уже.

Рим обходит внедорожник и встает справа от меня.

— Не нравятся мне эти гости, — бросает хмуро.

— А ты им сейчас понравишься.

— Это само собой.

Первая машина тормозит поперек дороги. Вторая останавливается позади. Из них выходят пятеро мужчин.

Тот, что спрашивал о девушке на заправке, идет первым. За ним двигаются еще четверо. Один постарше, остальные примерно наши ровесники. Злые. Взвинченные. У двоих руки сжаты в кулаки.

Драться приехали. Отлично. Только этого для полного счастья и не хватало.

— Где она? — требует мужчина.

— Кто?

— Моя сестра.

— А у тебя сестра пропала? — удивленно округляю глаза.

Он дергает щекой.

— Не строй из себя идиота, — цедит сквозь зубы. — Я видел, как вы уехали с заправки.

— Тогда зачем спрашиваешь?

Рим тихо хмыкает рядом. Мужчина делает еще шаг, но останавливается, когда я не отхожу. Мы почти одного роста. Только он тоньше и привык, что местные уступают ему дорогу.

Я — не местный. И уступать не собираюсь.

— Сафия больна, — говорит он уже спокойнее. — Она не понимает, что делает. Открой машину.

— Не открою.

— Ты не имеешь права ее удерживать.

— Я и не удерживаю.

Он смотрит поверх моего плеча. Сафия видит его через стекло и отшатывается. Этого мне достаточно.

— Она моя сестра.

— Но не собственность, — отвечаю с нажимом.

— Не лезь в чужую семью, — в его голосе отчетливо слышится угроза, но это только раззадоривает меня.

— Поздно, — небрежная улыбка появляется на моих губах. — Твоя сестра уже в моей машине.