От его слов мои щеки становятся горячими. Я отворачиваюсь к столу и провожу пальцами по пыльной поверхности.

— Потом дядя объявил о свадьбе. Сказал, что учеба никуда не денется.

— А Рустам? — голос Ивана звучит ровно.

— Он сказал, что его жена не будет сидеть среди чужих мужчин.

— Значит, денется Рустам.

Так просто. Будто достаточно захотеть и человек исчезнет из моей жизни.

— Завтра меня вызвали в полицию, — зачем-то напоминаю я.

— Съездим.

— Тебя никто не просит, — оборачиваюсь к нему.

— Мы опять начинаем? — хмурится Иван, но не приближается.

— Ты приехал на день рождения. У тебя отпуск.

— Уже не уверен.

— Через четыре дня ты уедешь.

Иван сжимает челюсть так, словно злится. На меня? Я не понимаю.

— До этого времени разберемся.

Он уже говорил это. Только проблем становится все больше.

— А если нет?

— Сафия, — вздыхает Иван. — Дай мне хотя бы одну ночь без этого вопроса.

Снаружи хлопает автомобильная дверь. Мы одновременно замолкаем. По дорожке проходят шаги. Медленные. Неторопливые. Кто-то обходит маленький дом и останавливается возле окна.

Я вижу мужской силуэт сквозь щель в ставнях. Иван выключает экран телефона. Комната погружается в темноту. В темноте звуки становятся громче. Скрип доски под моей ногой. Собственное дыхание. Шорох одежды Ивана.

Силуэт за окном не двигается. Я нащупываю руку Ивана и сжимаю ее. Он отвечает не сразу. Потом его пальцы переплетаются с моими. Снаружи хрустит гравий. Человек уходит. Только тогда я понимаю, что все еще держу Ивана за руку. Убираю пальцы.

— Прости.

— Опять извиняешься? — раздражается он, а я затыкаюсь.

Он садится на пол возле двери и вытягивает ноги.

— Ложись.

— А ты? — осторожно интересуюсь я.

— Я похож на человека, который уснет? — в темноте его улыбка больше похожа на оскал.

— Кровать узкая, но можно сесть вдвоем.

Иван поднимает на меня взгляд. Щеки предательски вспыхивают, а я ведь не предложила ничего плохого. Просто сидеть рядом, чтобы не на холодном полу.

— Спи, Сафия, — он сокрушенно качает головой, а мне становится неловко.

Ложусь, не снимая платья, и поворачиваюсь к стене. Матрас скрипит от каждого движения. Пахнет пылью и сухими травами, которые бабушка когда-то складывала в шкаф. Закрываю глаза, но уснуть не получается.

Перед глазами Камиль. Рустам. Полицейская машина. Ворота Бековых. Иван, стоящий передо мной.

— Почему ты мне помог? — спрашиваю в темноту.

— Не спится? — хмыкает он.

— Нет.

— Мне тоже.

— Так почему?

Он долго молчит.

— На работе мы часто приезжаем слишком поздно, — голос льется мягко. — Когда уже нельзя ничего исправить. А тут я оказался вовремя.

— Вы всех спасаете?

— Всех спасти невозможно. А ты сама залезла в мой багажник.

Я тихо смеюсь, Иван тоже усмехается. В этот момент его телефон оживает. Экран вспыхивает в темноте. Связь появилась, вместе с ней приходят сообщения. Следом начинается вызов, Иван сбрасывает. Телефон звонит снова.

— Ответь, — говорю я.

— Не обязательно.

— Вдруг переживают.

Он смотрит на меня, потом принимает вызов.

— Да.

Женский голос в тишине слышен слишком хорошо:

— Наконец-то. Ты почему не отвечаешь?

— Связи не было, — спокойно отвечает Иван.

— В два часа ночи?

— Здесь ее и днем почти нет.

— Почему ты шепчешь?

Иван бросает на меня короткий взгляд.

— Люди спят.

— Ты у Тимура?

— Да.

— Что там происходит? — возмущается женщина. — Ты обещал позвонить после ужина.

— Возникли проблемы.

— Какие?

— Не по телефону, — осаживает Иван и она замолкает.

Правда ненадолго.

— Только не говори, что опять работа.

— Не работа.

— Тогда что?

— Оль, я расскажу позже.

От того, как он произносит ее имя, внутри почему-то становится неприятно.

— Ты не забыл про годовщину родителей, — напоминает она.

— Не забыл. Но и не обещал.

— А я не хочу снова сидеть одна и объяснять, почему мой мужчина не может прийти на семейный ужин, чтобы познакомиться с родителями.

Мой мужчина. Все предельно ясно. Отворачиваюсь к стене.

— Все, Оль, ложись спать. Завтра созвонимся, — отвечает Иван.

— Ты всегда так говоришь.

Вызов заканчивается. Несколько секунд в комнате тихо.

— Это твоя жена? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

— Нет.

— Невеста?

— Что-то вроде того.

Значит, почти жена. Красивая, наверное. Уверенная. Она ждет его дома, хочет познакомить с родителями. А он сидит на грязном полу рядом со мной. Становится стыдно.

— Она тебя ждет, — зачем-то говорю я.

— Это наши с Ольгой отношения.

— А я мешаю.

— Ты слишком много на себя берешь.

Его голос звучит резче. Я замолкаю. Через минуту кровать прогибается. Иван садится на край.