Дэнни выглядел таким же растерянным, но явно не хотел соглашаться со своим стажером, поэтому ограничился вопросительным взглядом в сторону Алекса.

— Это кошачья шерсть, — сказал Алекс. — В частности, черепахового окраса.

— Я думал, черепахи, это рептилии, — сказал О’Рурк, и Алекс едва удержался, чтобы не закатить глаза.

— Откуда ты это знаешь? — настаивал Дэнни.

— В своё время я нашёл немало потерявшихся домашних животных, — ответил Алекс. — Черепаховый окрас ценится среди любителей кошек за свой цвет, точнее, цвета. Они напоминают окрас панцирей гигантских черепах. — Он указал на шерсть. — Здесь я вижу как минимум три цвета: оранжево-коричневый, грязно-коричневый и желтовато-золотистый.

— И это окрас черепахового кота? — спросил О’Рурк.

Алекс кивнул.

— Смотри, — сказал Дэнни, присев на корточки в центре круга из земли. Он указал на обломок деревянного кола, торчащий из земли. — Готов поспорить, собака Скаттера сорвалась с поводка и погналась за одной из соседских кошек.

— И поймала её, — добавил Алекс. — Позже Скаттер привязал собаку к этому металлическому колу.

— Сосед возвращается домой, — продолжил Дэнни. — Находит свою кошку мёртвой и идёт разбираться со Скаттером.

— И он стреляет в соседа из-за кошки? — недоверчиво спросил О’Рурк.

— У вас ведь нет домашних животных, детектив? — усмехнулся Алекс. — Если бы были, вы бы знали, что люди ведут себя странно и глупо, когда дело касается их питомцев. Один богач как-то заплатил мне стодолларовую купюру за то, чтобы я выследил крошечную собачку, похожую на крысу-переростка.

— Ладно, — сказал Дэнни, вставая после осмотра сломанного кола. — О’Рурк, возьми пару ребят и еще раз обойдите квартал. Узнайте, кому принадлежит... или принадлежал... черепаховый кот.

О’Рурк хотел что-то сказать, но просто кивнул и развернулся на каблуках.

— Спасибо, — сказал Дэнни, когда тот отошел на достаточное расстояние.

— Тебе нужно приструнить этого парня, — сказал Алекс. — Ты здесь старший детектив.

— Он меня недолюбливает, — пожал плечами Дэнни. — Раз уж он меня не послушался, я решил, что ты сам его поставишь на место.

— То есть это неофициальное полицейское расследование?

— Нет, — признался Дэнни. — Но я с тебя не слезу.

Алекс натянуто улыбнулся. Без санкции Центрального управления он не смог бы выставить департаменту счет за потраченное время. Но это не имело значения: они с Дэнни всегда поддерживали друг друга.

— Я тебя не подведу, — пообещал он, когда они возвращались в дом.

2. Ряд рун

Сорок минут спустя Алекс вышел из такси в Мидтауне, прямо на границе среднего и внешнего колец. Здесь кольца были достаточно узкими, и вдалеке, в сторону парка, виднелось здание Центрального управления полиции. Алекс поднял воротник, чтобы защититься от ветра, и направился на север по восточной стороне Второй авеню.

Большую часть квартала занимало промышленное здание, поэтому вдоль улицы не было витрин. Вместо этого вдоль стены здания выстроились тележки, на которых уличные торговцы продавали свой товар. В этом ряду, известном как Ряд рун, жили самые талантливые рунописцы города и многие из тех, кто продавал различные принадлежности, необходимые рунописцам.

Алекс часто приходил сюда, чтобы купить простые чернила, перья и мелованную бумагу, которую он использовал для работы с рунами. Однако в последнее время он почти каждый день заходил сюда, чтобы повидаться с Марни.

Марни Тэлбот никогда не была выдающейся рунописицей, но последние тридцать лет или около того она зарабатывала на жизнь в Ряду рун, продавая все, что могла. У нее был природный дар рассказчицы, который не только привлекал людей, но и заставлял их возвращаться снова и снова. Марни была прирожденной торговкой. Если бы она была более талантливой рунописцей, то, возможно, открыла бы специализированный магазин, а не стояла бы год за годом у тележки на обочине дороги.

— Как поживает моя лучшая девочка сегодня? — спросил Алекс, подходя к тележке, на которой Марни продавала свой товар.

Она подняла глаза, усмехнулась и закатила их. У нее было круглое лицо с темной кожей и глазами, а также копна вьющихся черных волос, которые она собирала в пучок на затылке. Алекс предположил, что ей за пятьдесят, но в ее волосах не было ни седины, а взгляд и ум были остры как бритва.

— Я знавала многих таких же франтов, как ты, Александр Локерби, — сказала она с притворным негодованием. — Тебе от меня нужно только одно.

Она достала из-под тележки блестящий синий термос и поставила его рядом с выставленными на продажу рунами.

— Ты меня слишком хорошо знаешь, — сказал Алекс, кладя свою сумку рядом с термосом. Порывшись в сумке, он достал такой же термос, только красного цвета.

— И это всё, что у тебя для меня есть? — спросила Марни, с подозрением глядя на Алекса.