Игги вздохнул и выпрямился.

— Мы ничего не узнаем до завтрашнего утра, — сказал он. — Судя по цвету руны-детектора, у этой мухи в запасе ещё часов двенадцать или около того.

Поскольку делать было нечего, кроме как ждать, Игги повел Алекса в библиотеку покурить.

— Ты не сказал мне о пропавших Забытых, когда звонил в прошлый раз, — сказал он, когда они сели и Алекс развёл огонь в камине. — Что-нибудь удалось выяснить?

— Ничего, — ответил Алекс. — В морге мы зашли в тупик.

— Ты проверял больницы?

— Не было времени, — сказал Алекс. — Думаю, завтра я мог бы заглянуть в несколько больниц, но если пропавшие там не объявились, то я не знаю, что ещё можно сделать.

— А как же твой друг из таблоидов? — спросил Игги.

У Алекса действительно были хорошие отношения с Билли Таскером, журналистом "Полуночного солнца", одного из самых скандальных и сенсационных таблоидов города. Именно он назвал Алекса детективом-рунописцем.

— При чём тут он?

Игги пожал плечами и затянулся сигарой.

— Может, и ни при чём, — признал он. — Но если в лагерях действительно пропадают люди, то таблоиды наверняка об этом напишут.

Алекс об этом не подумал. В этом был смысл: о Забытых не писали в серьёзных газетах. Большинство людей хотели забыть об их существовании, отсюда и название. Но таблоиды на таких историях наживались. Если бы ходили слухи о пропавших Забытых, Билли бы об этом знал.

— Я позвоню ему утром, — сказал Алекс, доставая сигарету из серебряного портсигара.

— Сейчас, — сказал Игги, пуская дымное кольцо в сторону камина. — Расскажи, как продвигаются дела с пропавшей девушкой.

— С чего ты взял, что я ее нашел?

— Потому что ты дома, дорогой мой, — сказал он с самодовольной улыбкой.

12. Религия и политика

Утро выдалось морозным и ясным, окно в спальне Алекса полностью покрылось инеем. Накануне вечером он несколько часов просматривал "Монографию Архимеда" в поисках чего-то, что мог упустить в предыдущие разы. К сожалению, книга упрямо не желала меняться в соответствии с его желаниями. В ней были потрясающие идеи, некоторые из них ему не терпелось опробовать, но ничего такого, что помогло бы Игги усовершенствовать конструкцию для переноса жизни.

Алекс не был из тех, кто вскакивает с постели на рассвете, готовый встретить новый день. Обычно ему требовалось много кофе, чтобы взбодриться. Однако в это утро он встал и оделся уже в восемь. Как оказалось, все прочитанное в "Монографии" натолкнуло его на одну идею. Она не имела никакого отношения к конструкции Игги, но тот все равно не позволял Алексу особо вмешиваться, так что Алекс счел, что имеет право поработать над собственным проектом. Увидев иней на окне, он понял, что пришло время его опробовать.

Игги засиделся допоздна, читая последний бульварный роман из своей коллекции, чтобы отвлечься. Поэтому, когда Алекс спустился вниз, на кухне было холодно и темно. Обычно отсутствие кофеварки на плите стало бы серьезным препятствием, но "Ланч-бокс" был всего в двух кварталах, а с лета они стали открываться пораньше. Алекс решил сходить туда и выпить кофе, а заодно съесть яичницу-пашот и тост.

Выйдя на улицу, Алекс запахнул плащ, чтобы защититься от холода. Его дыхание превращалось в пар, а воздух обжигал лицо. Идеальная погода.

Обычно он держал книгу рун во внутреннем левом кармане пиджака, но в это утро предусмотрительно положил ее во внешний карман плаща. Достав ее, он пролистал страницы, пока не нашел то, что искал. Это была стандартная барьерная руна, одна из первых, которые выучил Алекс. Многие рунописцы знали об этом и продавали руны на улицах во время дождя. Активированная руна-барьер защищала пользователя от дождя примерно на час.

Эта руна была похожа на базовую руну-барьер: два пересекающихся треугольника с небольшими символами силы внутри каждой из шести вершин, нарисованные карандашом. Эта руна отличалась от базовой совсем немного, но разница была существенной. Алекс добавил круг внутри фигуры, в месте пересечения треугольников. Внутри круга он написал руну, которая в вольном переводе означала "умеренность". На взгляд Алекса, она напоминала рыбу, плывущую по такому узкому кругу, что ее тело закручивалось по спирали. Круг и руна были нарисованы чернилами с добавлением рубина и ярко выделялись на фоне тускло-серых карандашных линий.

Как и в случае с руной-барьером, Алекс лизнул бумагу с руной и приклеил ее к краю шляпы. Он поджег ее от утренней сигареты, и бумага исчезла в облачке дыма. Магия окутала его, и он вздрогнул, почувствовав ее прикосновение к коже. Как и стандартная руна-барьер, новая версия создала вокруг него пузырь из невидимой магической энергии. Холод почти сразу исчез, и Алекс перестал дрожать. Его одежда и пальто все еще были прохладными, но в воздухе уже не чувствовалось мороза.