— Не знаю, что на доктора Андерсона нашло, раз он связался с каким-то дешёвым притворщиком-детективом, — сказал он, швырнув визитку Алексу в лицо, — но я точно не собираюсь с ним связываться. Убирайся отсюда, пока я тебя не арестовал.

Алекс удивлённо поднял бровь. Морг, общественное учреждение, и хотя копы могли попросить его уйти, они не имели права арестовывать его просто за то, что он там был.

— По какому обвинению?

— Я уверен, что к тому времени, как они доберутся сюда, я что-нибудь придумаю, — сказал Вагнер, и в его голосе зазвучали стальные нотки. Его высокомерное выражение лица стало еще более надменным, а на губах появилась самодовольная ухмылка.

Надо отдать Алексу должное: он на несколько секунд задумался о возможных последствиях своих действий. От доступа в морг и, что еще важнее, к самому коронеру во многом зависела его работа. Было очевидно, что Вагнер не собирался идти на уступки. По крайней мере, добровольно.

Что ж, тогда придется прибегнуть к угрозам.

Алекс позволил себе насмешливо улыбнуться, а затем рассмеялся. Это возымело желаемый эффект: высокомерие Вагнера пошатнулось.

— Ты думаешь, я шучу? — возмутился он.

Алекс покачал головой.

— Нет, — сказал он. — Мне просто смешно, что вы решили, будто можешь врываться сюда и играть по-крупному. Может, там, откуда вы родом, ваше слабое пиво и было чем-то выдающимся, но это Нью-Йорк, самый большой город в мире. Если хочешь кому-то здесь угрожать, придется придумать что-то получше.

Вагнер ощетинился и схватил телефонную трубку с маленького столика у задней двери операционной.

— Прежде чем вы сделаешь что-то, о чем пожалеешь, — быстро заговорил Алекс, — позволь мне рассказать, что произойдет, если ты позвонишь.

Вагнер замешкался, и его высокомерие вернулось.

— Ладно, — сказал он. — Удиви меня.

Алекс достал сигарету и закурил.

— Во-первых, я заметил твое кольцо, — сказал Алекс, кивнув на левую руку Вагнера. — Это семейная реликвия твоей жены.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Вагнер, и его высокомерие сменилось недоумением.

— Это кольцо клада, — объяснил Алекс. — Ирландское. Твоя фамилия Вагнер, она немецкая, так что кольцо точно из семьи твоей жены.

— Я мог получить его от матери, — возразил Вагнер.

— Но ты этого не сделал, — усмехнулся Алекс. — Ты женат, так что сердечко должно быть обращено к руке, а не в другую сторону. Если бы ты получил это кольцо от матери, она бы научила тебя правильно его носить.

— Я не понимаю, какое отношение к тому, что я ношу это кольцо, может иметь мой арест, Локерби.

— Не торопись с выводами, — сказал Алекс. Он указал на одежду Вагнера. — Для коронера ты одеваешься слишком вычурно, и это, плюс кольцо, говорит о том, что богата семья твоей жены.

Вагнер недоверчиво поднял бровь и бросил на Алекса скучающий взгляд.

— Опять же, я не понимаю, какое это имеет значение.

— Для полиции это вообще не имеет значения, — подтвердил Алекс. — Но когда я ехал в лифте сюда, я встретил совершенно очаровательную молодую женщину по имени Бетти Соренсон. Ее короткие ногти и тот факт, что лифт высадил ее на третьем этаже, говорят о том, что она работает секретаршей в этом здании.

— На третьем этаже несколько десятков секретарш, — устало сказал Вагнер.

— Да, но Бетти поднималась из морга, — сказал Алекс. — Готов поспорить, что я могу по пальцам одной руки пересчитать причины, по которым секретарша могла оказаться здесь, и первые три из них, это потому что у нее роман с коронером.

В глазах Вагнера промелькнуло удивление с оттенком страха, но оно исчезло почти сразу же.

— У вас нет доказательств.

Алекс усмехнулся, затягиваясь сигаретой.

— Мне они и не нужны, — сказал он. — Как только я расскажу вашей жене о том, как ехал в лифте с привлекательной и пышногрудой мисс Соренсон, она, я уверен, все поймет.

Вагнер открыл рот, чтобы возразить, но Алекс его перебил.

— Видите ли, Бетти подкрашивала губы, когда я вошел в лифт. Как я уверен, ваша жена знает, что женщины обычно делают это по двум причинам: либо они что-то съели, либо что-то размазали. Вы очень тщательно стерли следы губной помады Бетти со своего лица и шеи, Вагнер, но, одеваясь, забыли, что на вас был лабораторный халат, когда спустилась мисс Соренсон.

Взгляд Вагнера метнулся к халату, который он держал в руках. По краю воротника расплылось темно-красное пятно.

— Это ведь помада Бетти, да? — спросил Алекс таким непринужденным тоном, каким обычно спрашивают, не нужно ли подвезти. — Уверен, вашей жене это будет очень интересно.

Доктор Вагнер напустил на себя невозмутимый вид и пожал плечами.

— Я все равно собирался с ней развестись, — сказал он.

Алекс расхохотался ему в лицо.

— Не пытайтесь обмануть того, кто сам обманывает, док. Я знаю, сколько зарабатывает коронер. Вы не купили эту шикарную одежду и золотую цепочку для часов на зарплату коронера. Это деньги вашей жены, и если она уйдет, то и вы останетесь без гроша. Вы не разведетесь с ней. Никогда.