Только это не я теряю сознание. Это чернота пустоты. Я в пустоте. Я ничего не чувствую. Боль ушла. Интересно, как Древо Жизни устроило нам настил, на котором мы могли стоять, когда я был здесь в последний раз.

Интересно, работает ли это так же, как в Миктлане. Там я бы сказал миру, что пол есть, и он будет. Я создавал целые пейзажи таким образом. Кажется, это было целую вечность назад.

Какого черта. Давайте попробуем. Я решаю, что здесь есть пол. Внезапно пол появляется. Как насчет мебели? Может быть, стены. Вуаля, стулья, стол и четыре белые стены.

— О, очень хорошо, — говорит Древо жизни, сидя на столе, скрестив ноги, а по нему ползают семь ее щенков. Она оглядывает комнату. — У меня ушла целая вечность только на то, чтобы застелить пол.

— У меня была практика, — говорю я. — Приятно видеть тебя снова.

— О, мы уже встречались? Нет. Ты, должно быть, познакомился со мной позже. — Один из ее щенков тявкнул, и она поднесла его к уху. — О, это он? В этом есть смысл. Я удивлена, что он не приехал сюда раньше. — Пауза. — Верно. Что ж, тогда я удивлена, что не приехал раньше. И да, я знаю, что ничего не могу с этим поделать. —Древо Жизни отрывает взгляд от своего щенка и говорит: — Привет, Эрик. Приятно познакомиться. Чем я могу тебе помочь?

— Я не знаю. Может быть, объяснишь мне, что, черт возьми, происходит?

— Эти два Свидетеля завершат семь труб Гавриила и возвестят Апокалипсис, — говорит она так, словно это самая естественная вещь. И кто знает, может, так оно и есть.

— Я понятия не имею, что все это значит.

Она смеется.

— Я тоже, — говорит она. — Предполагалось, что я должна, но я никогда не придавала этому особого значения. Я знаю, что у тети Мэй есть план, согласно которому я должна стать одной из одиннадцати королев, но... — Она хмурится. — Что-то случилось. Что происходит? Я не знаю, что именно. Итак, я здесь. Жду.

— Что бы это ни было, я думаю, они немного опаздывают, — говорю я. — Уверен, что это должно было случиться почти сто лет назад.

— Так и было, — говорит она. — И так и будет. Просто нужно придать этому немного импульса. Тетя Мэй объяснила, что это похоже на резиновую ленту, которую нужно долго растягивать, прежде чем она порвется, возвращая все к началу.

— Итак, она растягивается и растягивается, а затем обрывается. Вернуться в 1920-е?

— Так и должно быть. Но этого никогда не происходит. Это просто повторяется снова и снова. За исключением сегодняшнего дня. Я думаю, это может быть из-за тебя. Тебя и этой леди. Она очень умная. Но очень боится. Ты должен сказать ей, что все будет хорошо. Она делает то, что должна.

— Как зовут эту женщину?

— Она мне не говорит.

Это ни к чему меня не приведет. Я решаю сменить тактику.

— Откуда ты знаешь Джимми?

— Кого?

— Джимми Фрибург. Говорящая голова?

— О, это он, — говорит она. — Он мне не нравится. Он хочет все разрушить. Но, с другой стороны, ты это знаешь.

А я? А, ладно.

— Ты уже познакомился с этим?

— Пока нет. Скоро. Ты назвал его говорящей головой? Я не помню, чтобы он выглядел так. Я не жду с нетерпением встречи с ним. Он пытается все испортить.

— А ты не знаешь почему?

Она смеется.

— Ты мне рассказал, или расскажешь мне? Это потому, что, как ты там сказал? Верно. Потому что он придурок.

— Это похоже на меня.

— Независимо от того, позволишь ты этому случиться или нет, — говорит она, — у этого будут последствия.

— Как и у большинства вещей, — говорю я.

— Ты не сможешь этому помешать. Но, возможно, ты сможешь изменить эти последствия.

— Почему я не могу этого предотвратить?

— Потому что ты все это разбил давным-давно. Если ты починишь треснувшую чашку, ты все равно увидишь трещины.

— Что я должен делать? На самом деле, ты мне почти ничего не рассказываешь.

— Потому что я не знаю, — говорит она. — Ты еще этого не сделал. — Собака, которую она держит на руках, тявкает. — О. Рэй думает, что ты сделаешь только хуже.

Умный пес.

— Рэй?

— Мммм. — Она показывает на каждого из щенков по очереди. — До, Ре, Ми, Фа, Со, Ля и Си

— Понял. Весы. Я слышал и похуже.

— Думаю, будет больно, — говорит она. — Многое будет потеряно. Или уже потеряно. Но ничего страшного. Этого и не должно было случиться.

Вот что бывает, когда ты суешь свой нос в магию времени. Причинно-следственные связи стираются, и то, что было, чего не было, что произойдет и чего не произойдет, превращается в какую-то временную кашицу.

Если я правильно понимаю ее уклончивые ответы, тетушка Мэй сделала что-то, что должно было привести к Апокалипсису, но этому нужно время, чтобы набрать силу. И что будет, когда это произойдет?

О каком, черт возьми, Апокалипсисе она говорит? Я видел по меньшей мере дюжину ситуаций, которые люди называли Апокалипсисом, и ни одна из них, черт возьми, не сбылась.

— Что ты можешь рассказать мне о культе Черного пламени?

— Это не секта, глупенький! Тетушка Мэй и Рути — это Два Свидетеля. Они хотят сделать мир лучше для всех.