Когда мы заходим внутрь форта, в нем царит тишина, и я чувствую исходящий от Андреа запах страха. Она в ужасе, но не за себя, а за своего брата. Я и без вопросов знаю, что она думает о могилах в Форт-Джастисе и представляет Бенни на одной из них. Я хочу успокоить ее не только эмоциональными словами. Я хочу сказать ей, что он в безопасности, что я чувствую его запах и что он находится прямо внутри огромного здания, которое они называют «торговым центром», к которому мы приближаемся даже сейчас.

Но я не могу успокоить ее, потому что не могу сказать наверняка.

По запаху Бенни и остальных было легко идти. Они не пытались замаскировать свои следы, как предполагала Андреа. Они не гонялись за следом через ручьи или вокруг зданий и не кружили по нему, пытаясь сбить с толку. Это прямая дорога, которая ведет прямо к форту. Странный аромат, исходящий от них, тоже сохраняется. Я не знаю, как объяснить Андреа, что в его запахе есть слабые миазмы. Это не совсем запах страха, но что-то другое, что-то, что перебивает обычный подростковый запах Бенни и делает его немного кисловатым, не совсем привычным. Другие запахи людей, которые были с ним, тоже слегка изменились.

Я хочу посмотреть, отличаются ли они здесь, внутри форта, но вонь от людей и выброшенного ими мусора снаружи просто невыносима. Я едва ощущаю запах Андреа, а она стоит прямо рядом со мной. Если бы у нас была психическая связь, наши разумы были бы связаны…

Я не могу так думать. Этого никогда не произойдет. Я должен смириться с тем фактом, что она никогда не будет моей. Охранять ее, да. Заботиться о ней, да. Убедиться, что она в безопасности, да.

Прикоснуться к ней и взять ее в пару? Никогда. Если бы я попытался и потерпел неудачу, я бы оставил ее без присмотра… А я не могу этого допустить. Вообще. Я иду рядом с Андреа, погруженный в свою внутреннюю борьбу, когда мы входим в форт. Это для моего собственного самосохранения, потому что если я не буду сосредотачиваться на том, как сильно это место воняет людьми или как сильно рушатся мои ментальные щиты… тогда я не потеряю контроль над собой.

— Здесь так тихо, — говорит Андреа, ее слова звучат неуверенно и отстраненно. Я сосредотачиваюсь на ее аромате, на богатом, восхитительном мускусе, исходящем от нее, и мои мысли обретают силу. Удивительно, но разве Ваан и Раст не чувствуют себя лучше всего, когда они со своими парами? Но Андреа не моя. Я не могу привязаться к ней, не могу разделить с ней свой дух. Несмотря на это, я придвигаюсь ближе, чувствуя себя защитником. Она нервничает, от нее исходит запах страха, и от Гейба, мужчины-человека, тоже исходит кислый запах страха.

— Может, нам стоит разделиться? — спрашивает Андреа.

— Лучше держаться вместе, — говорит Гейб, и я молча соглашаюсь с ним. — Мне не нравится это место. Здесь что-то не так.

Мы проходим мимо бело-красного автомобиля, приземистого и незнакомого на вид. Это близко к самому зданию, и его вид нервирует Андреа.

— Что ж, это нехороший знак.

— Что это? — спрашиваю я с любопытством.

— Скорая. И они оставили ее здесь, вместо того чтобы увезти с остальными машинами. Я уверена, что это ничего не значит, просто… — она поджимает губы, а затем качает головой. — Просто я суеверна. Я уверена, что это ничего не значит.

Гейб хмыкает.

В главном здании есть стеклянные двери, которые не охраняются, что еще раз настораживает Андреа и Гейба. Они открывают их, и мы входим в затхлое, воняющее людьми здание. Внутри темно, а стеклянные окна над ними покрыты толстым слоем пыли. В этом здании два огромных этажа, а внутри них, похоже, расположено множество комнат поменьше. В центре длинного зала расположены искусственные растения и фонтан с водой, как будто это место должно быть приятным местом для прогулок, как сад. Странно. Я понятия не имею, для чего предназначено это место, но и Гейб, и Андреа, похоже, знают его.

— Эй? — зовет Гейб, и его голос эхом разносится по коридорам. — Здесь есть кто-нибудь?

— Бенни? Бенни! — кричит Андреа с ноткой отчаяния в голосе. — Бенни, ты здесь? Это я!

Ответа нет, и мы идем дальше, а Гейб зовет людей снова и снова.

Андреа поворачивается, чтобы посмотреть на меня, от страха ее глаза становятся большими и темными.

— Ты кого-нибудь чувствуешь по запаху?

Я касаюсь своего носа и качаю головой.

— Запахи просто ошеломляющие. Я ничего не могу разобрать. — Я не говорю ей, что странные миазмы, которые исходили от Бенни, стали еще гуще, когда мы оказались внутри. Ощущение чего-то неправильного продолжается, но я не могу определить, что это за опасность. Пока я не узнаю, что это, я держусь рядом с Андреа и остаюсь настороже.

Затем я что-то слышу.

Я хватаю Андреа и тяну ее за себя.

— Подожди.

Гейб останавливается и смотрит на меня. Я смотрю вперед, на то, что кажется… шагами. Слабые, медленные.

— Там, впереди, кто-то есть.

— Нам нужно идти…

— Нет, — говорю я, перебивая Андреа. — Мы подождем здесь. Они покажутся сами.

И мы ждем. Кажется, что мгновения тянутся вечно, но в конце концов из одной из комнат выходит женщина. Ее лицо осунулось и побледнело, от нее разит потом и другими испарениями.