— Эй, всё нормально. Это был не упрёк. Тогда ты должен был так поступить. Я быстро приведу себя в порядок, и поедем, хорошо?

В управление они прибыли в двадцать минут девятого. Кескин уже сидела в своём кабинете — Хорст увидел её через широко открытую дверь. Когда они шли по коридору и Кескин заметила за спиной Хорста Макса, она поднялась с места и недоверчиво уставилась на них.

— Бишофф… — Её взгляд метнулся от Макса к Хорсту и обратно. — Не думала, что увижу вас здесь сегодня утром.

— Я тоже, — ответил Макс. — Хорст рассказал мне, что произошло прошлой ночью и что я якобы к этому причастен. У меня провал в памяти, и я ничего не помню, но надеюсь, что мы сможем во всём разобраться вместе.

Кескин приподняла брови и повернулась к Хорсту.

— Откуда вы узнали, что господин Бишофф… вернулся?

— Я позвонил Хорсту, — ответил Макс, но Кескин продолжала смотреть на Хорста.

— Значит, вы узнаёте, где находится разыскиваемый подозреваемый, и не считаете нужным сообщить об этом в управление и запросить поддержку?

— Именно это и значит, госпожа советник криминальной полиции, — твердо сказал Хорст. — Макс сам мне позвонил, потому что хочет во всём разобраться. Какого чёрта мне было вызывать подкрепление?

— Потому что этого требуют служебные инструкции, господин Бёмер.

— Вот как. А о том, что при этом нужно отключать здравый смысл, в служебных инструкциях тоже написано?

— Я хочу сотрудничать, — сказал Макс. — Мне необходимо выяснить, что произошло со мной минувшей ночью.

— Хорошо. — Кескин кивнула и снова опустилась в кресло. — Разумеется, пока вы останетесь здесь. Не позднее завтрашнего дня будет решено, заключать ли вас под стражу.

Она кивнула Хорсту.

— Отведите господина Бишоффа в допросную номер один. Я сейчас пришлю сотрудника, который опросит его по поводу выдвинутых обвинений.

— Сотрудника?.. Какого чёрта? Я сам проведу допрос.

— Нет, не проведёте. Господин Бишофф не только ваш бывший напарник — вы ещё и друзья, поэтому я вынуждена исходить из того, что вы необъективны. Допрос проведёт другой сотрудник. Кроме того, вы возглавляете специальную следственную группу, которая должна раскрыть серию убийств, но не продвинулась ни на шаг. Советую направить свою энергию туда, а не тратить её на личные дела.

Хорст сразу понял, что это ответный выпад: накануне он сам обвинил Кескин в том, что она позволяет личным мотивам влиять на работу.

— На данный момент это всё.

Кескин демонстративно придвинула к себе папку-скоросшиватель и принялась её листать.

Бросив на начальницу последний гневный взгляд, Хорст отвернулся и кивнул Максу.

— Не понимаю, что творится с этой женщиной, — сердито пробормотал он, когда они шли рядом по коридору. — Я уже хотел спросить, не надеть ли на тебя наручники, но лучше не подбрасывать ей новых идей. Похоже, пришло время поговорить с директором.

Макс ничего не ответил и молча смотрел себе под ноги.

Хорст примерно представлял, что с ним происходило. Не знать, где ты находился несколько часов, и допускать, что мог напасть на человека, — должно быть, это ужасное чувство. Тут уж не до раздражения из-за мелких интриг Кескин.

— Эй, мы во всём разберёмся, — попытался утешить его Хорст, втайне надеясь, что не выдаёт желаемое за действительное.

Но Макс снова ничего не ответил.

Допросная КК-11 имела мало общего с теми, что показывают в телевизионных детективах. Здесь не было ни одностороннего зеркала, ни тёмных стен. Киношному клише соответствовал лишь одинокий стол с двумя стульями посреди комнаты.

— Интересно, кого она пришлёт, — сказал Хорст, указав на стол.

Макс прошёл в центр комнаты и сел на один из стульев.

Не прошло и двух минут, как дверь открылась и вошёл старший комиссар полиции Цехмайер.

— Элиас, — удивлённо произнёс Хорст. — Какого чёрта ты здесь делаешь? Ты что, со вчерашней ночи из управления не уходил? У тебя же отпуск.

Цехмайер пожал плечами и направился к свободному стулу.

— Да, я тоже так думал. Начальница отозвала меня, потому что в расследовании нет никакого прогресса. Сказала, что сейчас нужен каждый сотрудник.

Хорст недоумевал, почему Кескин поручила допрос именно тому человеку, о чьём хорошем отношении к Максу наверняка знала. Он совершенно не понимал эту женщину.

Цехмайер кивнул Максу и сел.

— Привет, Макс. Хотелось бы сказать, что рад тебя видеть, но при таких обстоятельствах…

— Да, — лишь коротко и устало ответил Макс.

Хорст всё ещё пытался понять, почему Кескин поручила допрос именно Цехмайеру.

— Что до меня, можешь остаться, — сказал тот Хорсту. — Только попрошу тебя не вмешиваться. Начальница выразилась на этот счёт предельно ясно.

— Да-да, — ответил Хорст, прислонился к стене и скрестил руки на груди. — Буду молчать.