Делаю злой шаг вперёд, с силой отбивая каблуком по асфальту, и тут же жалею, что вообще о нём подумала. Потому что он, словно почувствовав, выходит на улицу. Чёрная рубашка, такие же брюки, чуть злой вид и сигарета в руках. Проходит взглядом по периметру, а потом цепляет меня, смотря сверху вниз.

Изучает. Прожигает. Ждёт, когда я подойду.

Да чёрт возьми.

Делаю вид, что не заметила его. Смотрю себе под ноги, поднимаясь по ступенькам.

– Доброе утро, – чеканит он, стоит мне с ним поравняться. В голосе ни капли удивления, что я здесь.

Запах сигареты тут же проникает в нос, и я невольно вспоминаю, как раньше не любила, когда он курил. Это был его единственный минус. До тех пор, конечно, пока я не узнала, сколько в нём грязи на самом деле.

Демонстративно машу рукой, разгоняя мерзкий дым.

– Было добрым, – уверенно произношу, мельком взглянув на Барсова. И вспоминаю рассказ мужа про ту самую Даниэлу, которая по уши в него влюбилась. И настолько была оскорблена, что вместо продажи доли ему, сделала это Мельникову-старшему.

И как он завоёвывает сердца своим равнодушием и холодной маской на лице?

Это надо спросить прошлую себя, Ксюша.

– Всё-таки решилась? – спрашивает он. И не дождавшись ответа, продолжает: – Скажи Людмиле, чтобы сделала тебе пропуск.

– Я здесь на один визит, – произношу с нажимом, чтобы не надумал лишнего. Работать под ним? Ни за что. Я уже убедилась, что оставаться нам наедине не стоит. Тот мужлан возьмёт силой всё, что захочет.

Хочу зайти в здание, но он вдруг хватает меня за запястье. Дёргает на себя, и я делаю шаг назад, чтобы не потерять равновесие, снова поравнявшись с ним.

– Ксюша, – почти рычит он, глядя мне прямо в глаза.

В той тёмной зелени мелькает что-то злое, опасное, а голос становится жёстче, острее, будто режет по коже:

– Это место – вам не игры. И не перевалочный пункт. Ни тебе, ни твоему мужу. Здесь люди привязываются. Здесь люди заново учатся доверять. И либо ты решаешься работать здесь, либо больше не приходи.

На мгновение я теряюсь.

Слышала ли я когда-нибудь эту сталь в его голосе, обращённую ко мне? Чтобы вот так – почти приказом и… угрозой.

– Для меня это не игры, – цежу сквозь зубы.

И почему мы стоим так непозволительно близко? Зачем нужно было дёргать меня к себе с такой силой, будто иначе я бы просто не услышала? Если кто-то и играет здесь, то только этот наглый кот.

– И вообще, ты слишком смел для того, кто хватает женщину за руку в таком месте.

Будто по щелчку двери здания открываются, и оттуда выходит девушка, автоматически привлекая наше внимание. Наши взгляды сами устремляются на неё. Короткая стрижка, пустой взгляд, худая, но вся собранная, как натянутая струна. Таких обычно называют пацанками, но это слишком грубо.

Сейчас она смотрит на меня. На Барсова. На наши руки.

И напрягается так резко, будто хищник перед броском.

Вот же баран!

– Спасибо, Святослав, что поймали, – натягиваю улыбку и пытаюсь вывернуться из ситуации. Хоть Барсов и сделал больно лично мне, он единственный, кто сможет держать этот бизнес на плаву. Если его возненавидят здесь, Толик потопит его. А я этого не хочу. – Ещё немного – и я бы скатилась с лестницы.

Мельком замечаю, как враждебность в её лице чуть слабеет. Плечи облегчённо опускаются. Совсем немного, но заметно. А хватка на моём запястье становится мягче.

– Не за что, – чеканит он.

И где-то там, под этим ровным, холодным тоном, всё ещё звенят отголоски злости. Потому что не сдержался. Потому что сорвался именно здесь – в месте, где одно неверное движение может сделать его врагом. И никакая Даниэла ему уже не поможет.

– Не забудь, – добавляет он, – будь аккуратнее.

Аккуратнее с моими визитами сюда.

Я тебя поняла, Святослав. Не переживай, ты меня здесь больше не увидишь.

***

Сегодня ОЧЕНЬ хорошая скидка на первую часть -

Неверный. Я беременна

– Ты женат? – выпаливаю без прелюдий.

Его лицо мгновенно меняется. Глаза темнеют.

Ну, давай, соври мне, собровец.

– Я видела вас в торговом центре, – поясняю без дрожи в голосе. – И твою дочь тоже.

Он не пытается спрятаться, выкрутиться, сделать вид, что я ошиблась.

И это ломает меня не меньше, чем его следующие глухие слова:

– Да, я женат.

***

Он ворвался в мою жизнь, квартиру, и заставил поверить в любовь. Я думала, что рядом со мной — моё счастье. Пока не вскрылась его грязная тайна. Мужчина, от которого я хотела ребёнка, оказался женат. А я... беременна.

Глава 14.2

– Не забудь, – добавляет он, – будь аккуратнее.

Аккуратнее с моими визитами сюда.

Я тебя поняла, Святослав. Не переживай, ты меня здесь больше не увидишь.

– Хорошо, – чеканю, захожу в здание, скрываясь от прожигающего взгляда, и чуть остываю под прохладой кондиционера.

Но не успеваю даже дух перевести, как Людмила появляется будто из ниоткуда — уже ждёт меня у стойки регистрации, собранная, вежливая, с той самой служебной улыбкой.