Руки чешутся от желания ударить его. Сильно. Так, чтобы стряхнуть с него всю эту спесь, всё это ледяное спокойствие, чтобы хоть на секунду увидеть в его глазах что-то настоящее.

Он выпрямляется, и на мгновение мне кажется, что сейчас подастся в мою сторону. Я вся натягиваюсь, как струна, не зная, чего ожидать. В прошлом он был... внезапным. Делал то, чего я не могла предугадать. И в то же время я ему доверяла, знала: ничего плохого он не сделает.

Но не сейчас.

Сейчас он выглядит так, будто готов броситься.

Но вместо этого просто прожигает меня взглядом. Медленно, неотрывно, будто пытается добраться под кожу.

Что, задело тебя? Правда глаза колет?

– Как тебе разговор? – не могу сдержать колкости. – Нравится? Или мы всё-таки пойдём и приступим к работе?

Я почти уверена, что не услышу ничего в ответ. Он всегда был сдержан в разговорах.

Поэтому отворачиваюсь, собираясь выйти из душного кабинета. Но не успеваю сделать и шага, как стальные пальцы смыкаются на моём запястье.

Секунда – и перед глазами мелькает интерьер кабинета. Я разворачиваюсь на каблуках и врезаюсь в мужское, твёрдое тело.

Глава 10.2

Барсов прижимает меня к себе. Разворачивает от двери, перекрывая её своим телом, и не даёт мне сделать ни шага в сторону. Стальные тиски его рук буквально не оставляют ни единого шанса вырваться.

Ноги срабатывают быстрее, чем я успеваю подумать. Со всей силы наступаю предателю на ногу, целясь каблуком прямо по пальцам. Промахиваюсь, но в ответ слышу злое шипение.

– Отпусти! – кричу во весь голос, не боясь, что это кто-то услышит.

Пусть Толя вернётся. Пусть увидит эту картину. А потом разорвёт с ним все связи. И нам от этого будет только лучше!

Да только все мои желания трещат по швам – никто не приходит.

– Бесишь, – выдаёт он.

Его ладонь резко врезается в мой затылок, пальцы зарываются в причёску, и в следующее мгновение жадные губы нападают на мои. Вот так. Без предупреждения. С яростью, с грубой жадностью, от которой внутри всё вспыхивает.

В груди нарастает один огромный пожар. Ни желания, а возмущения.

И я кусаю его за губу со всей силой, какая у меня есть. Во рту тут же появляется металлический привкус крови, и от этого я сама на миг пугаюсь. Он отстраняется, и я сразу выкручиваюсь из его хватки, едва не падая, но всё же удерживаю равновесие и встаю на дрожащие ноги в каблуках.

– Ты что себе позволяешь?! – шепчу, вытирая губы тыльной стороной ладони.

И невольно цепляюсь взглядом за его жест: большой палец проходит по губе, стирая кровь.

Я не ожидала от себя такого. Просто среагировала быстрее, чем успела подумать.

А теперь поправляю взъерошенные волосы и тяжело дышу от гнева. Машинально хочется проверить одежду, стряхнуть с себя его прикосновения, убрать любые следы.

– Захотел, – выпаливает он нагло, без тени насмешки.

Закусываю губу и тут же ругаю себя за это. Нужно срочно вытереть рот салфетками. Зажевать жвачкой. Сделать что угодно, лишь бы не чувствовать его губы на своих губах. До сих пор.

– В таком месте… – шепчу в злости. – В центре для помощи женщинам после насильников… ты сам становишься им.

Его это задевает. Лицо всё так же безмятежно, но взгляд становится ледяным.

– Не надо меня сопровождать, – бросаю зло.

Выпрямляюсь и спешу к выходу из кабинета, по пути пытаясь привести в порядок смявшуюся причёску.

Я так зла на него, что сил нет. Вылетаю из кабинета и всё, что могу себе позволить – громко хлопнуть дверью.

Эмоции захлёстывают, и я уже не пытаюсь их скрыть – только зло шиплю себе под нос, готовая крушить всё вокруг. Даже пнуть эту чёртову скамью.

Но прохожу мимо, добираюсь до кулера и долго полощу рот.

Внутри ничего не утихает. Всё горит. От ненависти, от злости, от того, что вообще позволила нам остаться наедине.

Нет, никакой экскурсии и тем более работы здесь не будет. Я не собираюсь каждый день видеть лицо этого мужчины.

– А вы не Ксения Андреевна? – раздаётся рядом женский голос.

Я рефлекторно оборачиваюсь, застыв со стаканчиком в руках.

Передо мной женщина с собранными наверх волосами и в белом халате. И, судя по бейджу на груди… она здесь главный врач.

– Да, – киваю.

– Я встретила Анатолия Александровича на улице, он сказал, что вы приехали, и я ждала вас у себя в корпусе вместе со Святославом, чтобы ввести в курс дела. А где он, кстати?..

– Задерживается, – выпаливаю, не желая даже вспоминать о нём.

И если я сейчас продолжу стоять здесь, он снова появится.

Натягиваю улыбку и хватаюсь за возможность как можно скорее скрыться отсюда.

– Но мы можем продолжить без него.

– Отлично, пойдёмте, я вам всё расскажу, – указывает она в сторону коридора.

Как только стаканчик летит в урну, меня начинают посвящать в дела кризисного центра. И то, что я слышу, понемногу меня успокаивает.