Я рефлекторно разворачиваюсь и вижу знакомый автомобиль, опущенное стекло и Мирославу, выглядывающую наружу.

– Давайте мы вас подвезём! Мы как раз поедем мимо.

Телефон в руке буквально разрывается, и я понимаю, что так и не ответила администратору. Меня, наверное, уже потеряли, потому что я опоздала на приём на три минуты.

Идти ещё минут семь.

Всего семь.

Нет, Ксюша, даже не вздумай соглашаться.

– Ксения Андреевна, – раздаётся голос этого подонка.

Я даже не смотрю в его сторону, но всё равно чувствую его присутствие так остро, будто он сидит не в машине, а у меня под кожей.

– Садитесь. Мы вас не укусим.

Ага.

Ты уже укусил однажды.

Проглотил моё сердце, а перед этим ещё и тщательно разжевал.

– Нет, спасибо. Погода хорошая, я пройдусь.

Но он не сдаётся.

Ещё целую минуту машина едет рядом со мной – медленно, почти издевательски. Будто меня загоняют в угол вежливостью. И только потом я слышу тяжёлый, немного расстроенный вздох девочки.

Они всё-таки сдаются.

А я продолжаю быстрым шагом почти бежать на работу, сжимая телефон в руке и стараясь не оглядываться.

Потом, конечно, немного получаю выговор от главной за опоздание…

Но, если выбирать между этим и ещё несколькими минутами рядом со Святославом, я бы, наверное, снова выбрала выговор.

Глава 7

Святослав

– Она такая красивая, – заявляет моя дочь.

Я по-прежнему сверлю взглядом женщину с гордой осанкой, непоколебимым взглядом и решительной походкой. Даже когда машина отъезжает от тротуара, я ещё несколько секунд не могу оторваться. Глаза не цепляются за что-то одно – перескакивают с тонких плеч на длинные ноги, сравнивая её с той, что осталась в прошлом.

Изменилась?

Сильно.

Я заметил это ещё тогда, в кабинете, и уже не мог оторваться от неё. Она выросла не только внешне, но и внутри. Стержень закалился, голос стал ровный, чисто медицинский – без лишних эмоций, без мягкости, без того тепла, которое я когда-то знал. В карих глазах больше нет жизнерадостности, что была раньше. Осталась только та неугасающая ненависть.

– Пап? – зовёт дочь с переднего сиденья. – Ты меня игнорируешь!

– Нет, – отмахиваюсь, отрывая взгляд от её фигуры. Наконец-то она пропадает из поля моего зрения.

– Я сказала, что врач красивая. А ты меня проигнорировал!

Красивая. До безумия.

– Нужно согласиться? – спрашиваю непроизвольно грубо.

Злюсь, что снова увидел её. После того как, как мне казалось, выкинул из головы и заставил себя жить дальше.

И бешусь от той недосказанности, что до сих пор висит между нами.

Мы расстались плохо. Прямо дерьмово. Она узнала о моей жене, с которой я собирался разводиться, но не успел. Наотрез отказалась меня слушать. А я пообещал, что как только всё решу, а она остынет, мы снова поговорим.

Только все планы пошли по одному месту – жизнь, как обычно, внесла свои коррективы.

А когда всё наконец решилось, я узнал, что она вышла замуж.

Пару месяцев – и всё.

Я упустил возможность всё объяснить. А она… отпустила. Нашла свою любовь и теперь, судя по всему, счастлива.

Как же ей легко было забыть меня.

А мне её – нет.

И сейчас, когда я снова увидел её, это не даёт мне покоя. Внутри, под рёбрами, опять сердце бьётся.

Хочется схватить её за талию, притянуть к себе, зарыться пальцами в волосы, натянуть их, заставляя посмотреть на меня. Разглядеть каждую линию её лица, каждый изгиб губ. И яростно впиться в них. Не поцеловать, а растерзать, словно этим можно наверстать всё, что между нами не случилось.

Вот что она вызывает во мне спустя годы.

– Папа сегодня злой.

– Злой.

Мысль о Ксюше временно отлетает на задний план, и её образ на пару минут исчезает из головы.

Мой партнёр по бизнесу всё-таки решила продать свою часть. Поставила перед фактом, найдя какого-то нового олигарха.

От этого я сильнее стискиваю руль.

Женщины, чёрт возьми.

Никогда не имей с ними дел. Обижаются на ровном месте, упираются в свои принципы и потом рушат всё к чертям, лишь бы не уступить. Отказалась продавать мне, зато какому-то мужику – да. Чтобы жизнь подпортить.

Надеюсь, что хотя бы сделала это нормальному человеку, а не какому-то дебилу, который видит в этом деле только выгоду. С таким мы точно не сойдёмся.

– Понятно, – хмурится мышонок, скрестив руки на груди.

Надув губки, отворачивается к окну, всем своим видом демонстрируя обиду.

– Ну хватит, – недовольно выпаливаю. Что за манипуляции? – У взрослых бывают свои проблемы.

– Какие? Мама?

– В этот раз, слава богу, нет. Рассказывай, как прошёл день.

– Получила две пятёрки!

– Неудивительно.

– Сегодня отрепетировала новый номер, и Марина Дмитриевна сказала, что, возможно, с ним через пару месяцев я поеду в Москву!

– Какая интересная у тебя Марина Дмитриевна. А согласия родителей она получить не хочет?