В итоге отправил короткое:

«Завтра буду заранее»

***

Приглашаю в еще одну новинку литмоба "Развод. Первый шаг к счастью" от Рины Беж

"Ида, мне нужна жена моего статуса, а не художница, размалевывающая машины", - сказал муж, подав на развод. Не остановила его даже моя беременность.

"Хорошо. Я уйду", - не стала упорствовать и вернулась в свой родной город.

Это был самый верный шаг в сторону собственного счастья.

21. Ужин примирения (Даниил)

В тот вечер мне почему-то вспомнилось, как мы впервые встретились с Ксенией. Юная амбициозная девчонка. Пришла к нам сперва как стажерка. Но уже спустя год пробилась из клерков наверх. Очень удачно заняв место приболевшей секретарши.

Тогда я смотрел на нее просто как на симпатичную девушку. Пухлые губы, округлая грудь, красивые стройные ноги. Сам того не замечая, я засматривался на нее каждый вечер. Когда все разбредались домой. Но не она, не Ксюша.

«Я уже разослала письма, которые вы просили, Даниил Александрович, — сообщала она сладким голосом по телефону. И я машинально вытягивал шею, чтобы глянуть на нее сквозь стеклянную дверь между кабинетом и приемной. — Нам звонили из новой рекламной компании, хотели обсудить с вами возможный пакет продвижения. Но я им сказала, что вы сегодня слишком заняты, и назначила созвон на завтра. Хотите, я возьму их на себя, чтобы у вас было больше времени на важную работу? Может, принести вам кофе, Даниил Александрович? День был долгим и насыщенным. Я заказала для вас легкий ужин в итальянском ресторане. Курьер должен быть с минуту на минуту».

Постепенно Ксюша становилась неотъемлемой частью моей жизни. Шаг за шагом. День за днем. Встреча за встречей. Слово за слово… Однажды я не выдержал и взял ее за плечи. Обнял, прикоснулся губами к нежной коже. Вдохнул аромат духов. Этот запах снился мне ночами, не давая покоя много месяцев. С тех самых пор, как я увидел ее рядом — Ксению Лисовскую…

Вечером я и отправился к ней. Хотел убедиться, что с Егором все в порядке. Это и все. Ничего больше. Только увидеть, как он мирно сопит в своей кроватке. Знать, что ему ничего не угрожает.

— Ты пришел, — выдохнула она, стоя на пороге квартиры. — Слава богу.

Ксюша повисла на мне, как на спасательном круге.

— Ты ведь написала, что «вы» хотите мира. Вот решил заехать и узнать, как «вы» тут. Все ли нормально с Егором. Или ты мне просто так это написала — чтобы заманить к себе?

— Не говори ерунды, Даниил. Замолчи и проходи в квартиру. Не стой на пороге. Ужин стынет. Только подожди минуту, я вытащу мясо из духовки.

Ксения была одета по-домашнему. Хотя и было видно, что все уж слишком аккуратно для внезапности. Волосы убраны в хвост. На столе стоит еда — салаты, рыба, бутылка вина. Походило даже не на ужин — на атрибуты примирения.

— Кого-то ждешь?

Она ухмыльнулась.

— Вижу, что ты сердишься. Я понимаю, что у тебя есть право на меня сердиться. Я вчера перестаралась немного. Меня правда занесло. Но это не повод портить наши отношения. Потому что мы наоборот должны сосредоточиться на нас. Понимаешь? Ведь кто нас с тобой поймет, если не мы сами?

— Скажи конкретно, чего ты хочешь.

— Хочу поговорить, как взрослые люди, — ответила она и облизала палец после горячего противня. — Спокойно и без скандалов.

— Вчера не было похоже, что тебе такого хочется. Ты устроила реальный цирк. Опозорила меня при детях. Спекулировала на теме Егора. Ты поступила омерзительно. Я тебе такого не могу простить. О чем ты вообще тогда думала?

— Ты не понимаешь, Дэн, — присела она рядом и взяла меня за руки. — Там я защищала тебя.

— Защищала меня? От кого же?

— От твоей бывшей жены. И ее мастерски отрепетированного спектакля.

— А вот мне почему-то кажется, что ты на той парковке защищала не меня, а как раз себя. Свой фасад. И еще — ты лгала от имени ребенка.

Она нервно выдохнула воздух, отпустила мои ладони. Ведь этот жест ей ничего не дал. Мы не сближались вопреки ее планам на вечер.

— Я не лгала. Он правда спрашивал. Он плакал, переживал. Был очень расстроен. А я не знала, что ему сказать, чтобы успокоить… Он тянется к тебе, Даниил. Ты для него как отец. Это факт. Я лишь реагирую на эту связь как его родная мать. А Марина — она и правда поступает подло. Потому что знает — тобой можно манипулировать через чувство долга в отношении детей.

— Манипулировала как раз ты, Ксюш. Ты закатила сцену перед моей Ульяной. Сын настолько обозлился, что теперь не хочет со мной разговаривать. Ты этого добивалась? Могу тебя поздравить — у тебя вышло.

— Я не устраивала сцен. Я говорила мягко и трезво. Они должны знать правду о тебе и мне. Так будет лучше для всех.