И Дэн кивнул почти сразу. Не спорил, не уточнял «какие именно». Просто кивнул, как мужчина, уставший от войны. И который рад любым условиям мира.

— Первое, — опустила я глаза и выдохнула. — Никакой "ее". Ни рядом с тобой, ни за углом, ни в машине под нашими окнами. Это не обсуждается. Ксении возле нас быть не должно.

— Хорошо, — ответил он хрипло. — Она здесь ни при чем. Ее возле вас не будет.

— Отлично. Второе. Деньги — не инструмент твоего влияния на нас. Ты их переводишь, и просто забываешь. Никаких отчетов, никаких проверок, куда пошло. На что потрачены. Либо ты помогаешь, либо нет. Контроль — это не помощь. Никакого контроля быть не должно. Хочешь платить — плати. Но молча.

— Понял, — вздохнул Даниил и посмотрел куда-то в сторону. Нахмурив брови. — Мне казалось, что я делаю правильно. Видимо, нет. Что ж… Я принимаю это условие. Что-то еще?

— Да. Есть еще третье, — дышала я паром. — Общение. Только по делу. Безо всех этих дежурных «как ты?». Без воспоминаний о том, как было раньше. Без попыток оживить то, чего уже нет. Потому что "мы" уже мертвы, дорогой. "Нас" уже нет. И, пожалуйста, никаких споров при детях. Только текст в переписке. Без звонков посреди ночи. И приездов с выяснением отношений, потому что тебе вдруг подумалось, что я тебе мало уделяла внимания раньше. Лучше просто молчи. Меня вполне устраивает.

***

Приглашаю в новинку нашего литмоба "Развод. Не позволю уйти" от Вики Тверской

Две дочери, счастливый брак, успешный бизнес – все разрушилось в один миг, когда муж купил соседний дом для своей любовницы.

– Стефания не хочет портить фигуру родами, – добивает он. – Родишь нам сына и можешь проваливать.

17. Черный джип (Марина)

Даниил смотрел на меня не как на обвинителя. Как на бывшую жену, которая заново учит его простым вещам. И в этом было так много непривычной для него мягкости, что мне захотелось сделать шаг назад. Чтобы лучше рассмотреть фигуру перед собой. Словно это не он. Кто-то другой. Кто-то… новый.

— Я вас не потревожу лишний раз. Этого не бойся.

— И еще одно, — дрогнул у меня голос от напряжения. — Условия таких вот встреч, как сегодня. Или вчера. Их больше не будет. Вместо этого мы договариваемся на конкретный день, на конкретное время. Ты приходишь и сидишь. Смотришь, как дочь занимается танцами. Не уезжаешь раньше окончания. Не уговариваешь Улю поехать к тебе тайком. Не обещаешь того, чего не будет. И не отвлекаешь ее, не дергаешь, если она занята танцами. Даже если тебе кажется, что она "какая-то грустная" и "улыбается слишком мало".

Он криво ухмыльнулся краешком губ. Но это продлилось недолго. Почти сразу перестал. Это была не та улыбка, что раньше. Казалось, я общаюсь с другим Даниилом. Уже не с тем человеком, который врал мне месяцами, чтобы впоследствии бросить нас с детьми ради молодой и расчетливой сучки.

— Я тебя услышал. Условия жесткие. Как будто у нас официальный контракт. Но я их принимаю. Готов все выполнять. Если ты взамен позволишь находиться рядом. Хотя бы иногда.

Я смотрела на него, не говоря ни "да" ни "нет". Все, чего хотела — чтобы он следовал правилам. И тогда мы как-нибудь поладим.

— И еще. Макар теперь возится с велосипедом в гараже. Раз уж вызвался ему помогать, то помоги по-настоящему. Решите этот вопрос, как мужики. А не бегайте друг от друга. Я не готова забирать сына из травмпункта просто потому, что у него тормоза не так собраны. Проконтролируй этот момент, чтобы я не переживала.

— Уверен, что он все сделал на совесть, — не согласился Даниил. — Я ему полностью доверяю. И тебе бы пора это сделать. Он уже не маленький. Но если нужно еще что-то купить — скажи. Я привезу. Молча.

«Молча» — он научился подбирать слова. Или просто устал от своих привычных. Мне было все равно. Главное, что мы пришли к консенсусу.

В этот момент из-за угла вывернул джип. Квадратный и черный, тяжело дышащий мотором. Машина замедлила ход у нашей арки, стекло на секунду блеснуло. Опустилось совсем чуть-чуть. Я не смогла рассмотреть лицо за тонированным окном.

А вот выражение Даниила я запомнила прекрасно. Его скулы напряглись, как у боксера, пропустившего удар. И теперь он готовился дать сдачи.

— Что-то не так? Это к тебе?

— Давай отойдем к Ульяне. Пускай себе едет, — добавил муж. И я буквально слышала в его словах тот самый скрип зубов. — Это не ко мне. Не к нам. Просто забудь.

Он схватил меня за локоть и отвел на безопасное расстояние. Хотя опасности я не ощутила. По крайней мере — видимой. Не прошло и минуты, как автомобиль взревел выхлопной трубой и выстрелил через арку на улицу. Я еще какое-то время слышала этот утробный рык. Как будто рыщущего зверя.

— Ты не скажешь, чья это машина?

Дэн как будто не услышал.

— Завтра прогон. В шесть часов. Мне хореограф Улина написала.

— Написала тебе? — удивилась я. — С каких это пор…